Молитва «Символ Веры»: текст на русском и старославянском языке

Содержание

Символ веры, зародившийся как подготовка тех, кто хотел воцерквиться, сейчас для всех принявших крещение является особой молитвой, в которой отображен весь смысл христианского мира. Для каждого уверовавшего во Христа, возлюбивший его, это способ напомнить себе о глубине собственной веры и о том, к чему она призывает.На фото изображено три ангела под грозой и дождем.

Зарождение молитвы «Символ Веры»

Апостолам во время Вознесения Иисуса Христа Сына Божьего было поручено пойти в люди и научить каждого креститься во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Этот момент для развития христианской веры стал поворотным, именно с этого момента данное вероучение начало нести по всей земле свет Всевышнего.

Крещение принималось в своем большинстве людьми взрослыми. То есть, на этот ответственный шаг они решались в сознательном возрасте. Перед крещением обязательно было отречься от язычества, исповедоваться, покаяться в грехах, подтвердив тем самым свою веру в Отца, и Сына, и Святого Духа. Данная молитва спустя какое-то время была унифицирована. Так и зародился «Символ веры», первый в своем роде.

Рекомендуем вам узнать больше о молитве «Отче Наш», перейдя сюда.

Вплоть до четвертого века количество разных вероисповеданий было незначительным. Только позже начало появляться все больше ереси и лжеучений, на фоне чего в 325 году в Никейском был составлен текст молитвы «Символ веры». Эта молитва изначально состояла из 7 частей. Позже в период Второго Вселенского Собора она была дополнена еще пятью частями.

Важность молитвы «Символа Веры»

Как расшифровать и какое объяснение имеет молитва? Символ веры действительно важен, ведь в ней отражена вся суть православия. Когда мирянин произносит эту молитву, он будто бы напоминает себе, что есть в христианском вероучении главным.

На фото изображена зажженная лампада на фоне икон.

Этот догмат состоит из двенадцати частей. Каждая часть – одно предложение. Все члены Никео-Цареградского символа начинаются с «Верую» – слова, обладающего большой силой, способной устранить из сознания мирянина любые сомнения. Одним лишь «Верую» можно наполнить разум надеждой, вернуть себе знания истины.

Первое предложение говорит о вере во Всевышнего, сотворившего мир наш. Второе, как и последующие, посвящено жизни земной Сына Божьего, его страданиям на кресте, его воскресении после распятия. Восьмое рассказывает нам о Святом Духе, девятое про Церковь, где в святых стенах люди могут уединиться с Отцом своим. Десятая поведает о таинстве крещения. В заключительных частях речь идет о том, что есть для человека бессмертие, то есть это строки о вечной жизни после смерти.

Интересно! Раньше существовало несколько кратких версий молитвы при крещении ребенка (как для мальчика, так и для девочки). Они напоминали крещеным о вере и о том, что они несут в этот мир. Но по миру активно распространялись ложные сведения о Боге, поэтому позже подготовили безупречный и точный текст.

Данная молитва стала главным оружием христиан против служителей, которые проповедовали, привнося свой смысл, собственное восприятие учения от Бога. Благодаря ей представители всех церквей смогли обличить и побороть ложное учение, отделить от еретических примесей истинные утверждения.

На фото изображена скульптура Иисуса Христа.

Символ веры входит в краткое молитвенное правило преподобного Серафима Саровского вместе с другими двумя молитвами. Преподобный верил, что этот догмат наряду с «Богородице Дево, радуйся» и «Отче наш» помогает православным в достижении духовного идеала. Вот почему всем христианам нужно знать Символ Веры.

Первый, одинаковый для всех христиан Символ веры, был создан в Никее, а спустя 60 лет дополнен. В обновленном виде его используют и по сей день. Эту молитву можно услышать на каждой литургии. В Церкви ее читают и иногда поют. По сути, это выражение веры со стороны Церкви, и выражение это остается вот уже какое столетие непеременным.

Какой смысл молитвы «Символ Веры»? Эта молитва – ключик к осознанию Истины, сути христианской веры. Каждый, кто хочет лучше понять христианский свет, ищет ответы на свои вопросы именно в «Символе Веры».

Важно! Каждый христианин должен читать молитву «Символ Веры» регулярно, а крестным родителям не мешало бы выучить эту молитву наизусть.

Толкование молитвы «Символ Веры»

С начала времен своего существования Церковь отводила важное место Символу веры. Молитва «Вера в единого бога» рассматривается в христианском учении, как краткое исповедание всего, во что принято веровать в данной религии. Само слово «символ», если обратиться к оригинальному его значению, переводят, как «то, что соединяет, позволяет держаться вместе».

Поэтому «Символ веры» следует воспринимать, как молитву, соединяющую все истины, на которых Церковь акцентирует внимание, как на чем-то, что нужно для полноты человеческой жизни, спасения его от греха и смерти на духовном уровне.

История говорит, что текст данный был написан в рамках подготовки к таинству крещения людей, поверивших в Единого Творца, Спасителя. В древние времена люди входили в Церковь в большинстве своем, будучи уже взрослыми. Как и сегодня к порогу дома Божьего, к Христу, к истинной вере, их приводили разные пути.

Обращение, как встреча человека с Всевышним, всегда была и остается особой тайной благодати свыше. Но полностью проникнуться этой благодатью, смертным не дано. Кого-то к Спасителю приводит горе, страдание, кого-то – счастье, светлая радость. Так происходило всегда, и это остается неизменным и в будущем.

Тот, как зарождается в душе человека вера, – великая тайна. И все же, именно вера в Иисуса ведет людей к Церкви, к обществу тех, кто уже принял Христа. Сама по себе она находится в поиске тех, с кем можно было бы достичь единства. В этом единстве люди доказывают миру своей любовью друг к другу, что они – ученики Господа, Его последователи Христа. Так воплощается библейское пророчество, в котором сам Спаситель говорил, о единении веры и любви к ближним. Истина эта была описана и Павлом, который писал о христианской Церкви, как о том, что может даровать ему главную в жизни христиан радость – радость утешения в единой вере.

Ранее жизнь новообращенного в христианстве начиналась с посещения местной Церкви, где епископ выводил ему на лбу крест, своеобразную метку Божью. Каждому, кто приходил к Господу, веровал в него, надлежало узнать суть этой веры. Человека оглашали, как говорят церковные писания.

Здесь важно акцентировать внимание на том, что христианство не является одной эмоцией, определенным чувством, оно воплощает собой встречу с Истиной, что является тяжелым подвигом, предполагающим принятие нового бесценного знания. Христианину, как и любому любящему музыку и желающему уметь ее исполнять, приходится много учиться. Ему надлежит стремиться к осознанию смысла своей веры, осознанию того, к чему его она обязывает.

На фото изображена икона "Недреманное око".

Ранее обряд крещения совершали только накануне Светлого Воскресения Христа. Перед Пасхой каждый желающий присоединиться к Церкви, старательно готовился к участию в таинстве. Подготовка эта включала в себя и прочтение Символа веры. «Отдача» его символизировала принятия того самого единения веры и любви.

Интересно, что молитва «Символы веры» в Александрийской, Римской и Антиохийской церквях были разными. Они отличались друг от друга на фразеологическом уровне, но выражали при этом одну истину и одну неразделимую веру. Первый серьезный спор относительно главного христианского учения об Иисусе, как о Боге, возник в Церкви в 4 веке. 1-ый

Вселенский Собор был собран в 325 г. в городе под названием Никея. Именно там был принят единый для христиан Символ веры. Он был немного изменен позже. Через несколько десятилетий, 2-ой Вселенский Собор его дополнил. Новый текст назвали Никео-Царь градским, его признали общим для христианской вселенской Церкви. Неприкосновенным его решили сделать в 431 г., к этому пришли на 3-ем Вселенском соборе в Ефесе. Так его защитили от возможных будущих изменений.

С тех времен молитва «Верую во единого бога» исполняется в Церкви на литургиях. Для христиан она является инструментом выражения собственной веры. Именно поэтому ее рекомендуют читать всем, кто желает узнать Истину, принятую верующими, стремящимися нести ее в мир.

«Верую»

Начнем с первого слова в молитвенном тексте. По сути, оно задает всей молитве тональность, отображает единство, а также его исключительность на духовном уровне. Над его значением следует задуматься, невзирая на то, что значение «верую» всем кажется понятным. Это необходимо, чтобы открыть его для себя заново.

Важно задаться вопросом «О чем я говорю, используя слово«верую»?». Уже одна эта фраза позволяет осознать, что в данном слове скрывается глубочайший смысл, связанный напрямую с внутренним человеческим «я».

Значение «я думаю» и говорящему, и остальным, понятно: сознание направляется на определенный объект. Словами «я думаю, что Всевышний существует» люди выражают догадку, базирующуюся на конкретных предпосылках. Словами «я чувствую, знаю, уверен» они утверждают, что остаются в рамках вещей, которые можно объяснить, в рамках разумного, исключающего присутствие чего-то загадочного.

Но связать с одним из данных состояний «верую» нельзя просто потому, что в этом нет смысла. Никто не скажет «я верую, что пошел дождь». Это прозвучит глупо, ведь речь идет об объективном факте.

Это позволяет сделать вывод – «верую» направлено одновременно и на собственное «я» человека, и на все, что его окружает, но оно не является очевидным. И речь идет об очевидности, рациональности, а точнее об их отсутствии.

Здесь мы подошли к основному. «Верую» имеет право существовать, соответствует оно чему-то с внутренней силой, вполне реальному, не нуждающемуся в поддержке извне. Оно соответствует тому, что нельзя увидеть глазами, услышать ушами, потрогать руками, о чем нельзя сказать «дважды два четыре», но что осознается самой верой.

«Никто не видел Господа…». Для христиан вера отличается от всего, ведь суть ее не в том, чтобы «знать» нечто, что нельзя доказывать. В этом плане она является загадкой, она – чудо. Именно в такой форме ее чувствует верующий. И правда, как зарождается в душе и в сознании страшная, но приносящая радость, несомненность в особой любви, в ее присутствии, безграничной силе? Встреча с этой любовью и заставляет человека сказать «верую». При этом другие слова здесь лишние, так как все они об осязаемом, земном  факте, о чем-то простом. Вера – иное, нечто, дарованное свыше, что нельзя передать, попытаться выразить.

На фото изображено сотворение человека Господом.

И зачастую она приходит к человеку сама, стучится в его сердце и стук этот заставляет душу радоваться. Это – чудо и загадка. Веру уместно сравнить с прикосновением к тайному, иному измерения, неотделимым от нашего мира. В ней живым становится смысл существования. Под однозначной и объяснимой оболочкой всего окружающего начинает проглядываться подлинный смысл. Будто бы сама природа обращается к верующему, указывает ему на то, что внутри нее, но отлично от нее. Иными словами, вере под силу видеть, знать, ощущать, что Бог есть. Ученик Христа Павел сравнивал ее с «обличением невидимых вещей», что верно, так как верующий начинает воспринимать жизнь, ощущать ее, в форме некого явления.

Не зря говорят, что поведать славу Господню под силу небесам, и только они открывают человеку творение его рук, как возвещение мира. В этих поэтических строках вера свидетельствует, обретает голос. В нем можно услышать все, включая радость, тайну, любовь, чудо, знание. Он отвечает и в то же время утверждает. Отвечает тем, кто возлюбил Иисуса, утверждает принятие человеком реальности встречи с Ним. Со слова «Верую» начинается молитва, в которой описано все, что открылось душе, познавшей чудо и загадку.

«Во единого Бога Отца»

Без «Верую во единого Бога» невозможно представить христианство. По сути оно основано на этом исповедании, являющимся во многих смыслах его началом. Христианство зародилось в мире многобожия. До этого слово «Бог» для людей означало «природа» со всем ее многообразием.  Понимать «Мир полон богов» Фалеса, греческого философа, стоит, как «Мир действует по определенным законам, продиктованным множеством сил».

Вера в единого Бога, что отображена в любой христианской проповеди, перечило общепринятому обожествлению мира и всего, что в нем есть. «Господь Единый» значит, что все действующие законы и силы, пришли от Бога, но они – не есть сам Бог. Язычники ощущали божественное начало мира, но не смогли познать Единого Творца. В их устах «бог» был отражением всего, что их окружало. Это позволило существовать в рамках многобожия разным «тотемам», это способствовало развитию магии, утверждению идеи идолопоклонничества.

Провозглашение Единого Бога, исповедание его утверждало преобладающее значение высшего духовного бытия, объясняющего смысл жизни.

Возвращаясь к тексту Символа веры, важно отметить, что в нем единым Богом признан Отец. «Верую во единого Бога Отца…». То есть, если слово Божье – абсолютная высота Его, опыт, превосходящий над всем миром, то именование этого Недостижимого Отцом свидетельствует о связи Его с миром. И эта связь пропитана заботой, близостью и любовью.

В христианстве отвергается многобожие, ведь вера эта утверждает, что Бог есть бытием абсолютным. Отвергается одновременно и деизм. Этот термин в философии существует для обозначения Божественной силы в форме «причины». По такой аналогии Вольтер сравнил Господа со сконструировавшим сложнейший механизм Часовщиком. Он якобы заставил его работать, но к непосредственно движению его элементов отношения при этом не имеет.

Это понимание Dctdsiytuj является отвлеченным, отверженным именованием Его словом «Отец». Ведь Отец непросто дарит жизнь, но купает свое творение в любви, принимает участие в его жизни, окружает его заботой. Евангелия указывает на то, что Бог – сама любовь. По этой причине «Отец» следует воспринимать, как именование, в котором уже закреплена ответная любовь человека, его послушание, доверие к Нему.

На фото изображена святая Троица.

В Символе веры «Отец» отожествляется с «Вседержителем». В тексте так и говорится: «Верую в Бога, Отца Вседержителя». Это слово  утверждение, что вера во Всевышнего есть верой в жизнь, главный промысел которой – все в нашем мире живет Им, Ему подвластно.

Христианство всегда боролось и продолжает бороться со своеобразным дуализмом, предполагающим существование добра и зла, тьмы и света, двух начал. Это философское направление родилось на фоне тяжелого личного опыта человека, его встречи со злом, уродством и страданиями.

Дуалисты считают, что все плохое в мире идет от материи, поэтому спастись от него можно лишь бегством в духовность. «Материя» одновременно является плодом зла и самим злом. В христианстве данное понятие рассматривается тщательно, но оно исключает дуализм в любом его проявлении, утверждая, что зло разбрызгано по миру Богом, светлой и благодатной силой.

Мир соткан из любви. И если он от нее отделяется, то это – не сущность существования, а падение.

В начале Символа веры Бога прославляют, как «Творца неба и земли, видимого же всего и невидимого». Исток созданного мира – сам Всевышний. Он не является абсурдом, случайностью, сцеплениями клеток. Как и все осмысленное, он разграничивает «начало» и «конечная цель», и все, что с Ним связано, имеет напрямую отношение к мудрости Бога. Именно так нужно понимать слова «Небо и земля, видимое и невидимое».

Далее в молитве идет строчка «И увидел, что это хорошо». Данное исповедание отвергает «объективное» понимание мира, его упрощенное восприятие. Господь создал мир, в котором отражена Его откровение, красота и мудрость. Все в нем от Отца, все наполнено смыслом. Вот в чем заключается счастье и печаль жизни здесь, на земле.

«И во единого Господа, Иисуса Христа»

На греческом «господь» звучит, как «купиос». На заре зарождения христианства данное слово означало «вождь», причем тот, который имеет силу и власть божественную, является Его посланником. Такой титул получали императоры, он акцентировал внимание на том, что власть их – награда свыше и используют они ее для того, чтобы править миром во имя Его.

Интересно, что подобный титул признавать, как императорский, христиане не желали даже под угрозой смерти. Верующие утверждали, что единым носителем власти в мире является Господь, именуемый Иисусом. Данную позицию Римская Империя считала оскорбительной, что и стало причиной преследования христиан, продолжавшегося на протяжение 200 лет. Но именно с данного слова нужно приступать к изучению христианской веры.

Молитва «Вера в единого бога» переносит человека в самое сердце христианства, позволяет узреть его «уникальность». Конечно, Господь признан Единым во многих религиях, включая иудаизм, ислам. Это понятие неотделимо и от «деизма», признания Божественного начала Высшим, являющимся источником жизни. Этой «истины» придерживаются миллионы, которые необязательно исповедуют какую-то определенную традиционную религию.

На фото изображена радуга над церковью.

Но на фоне иудаизма, деизма, ислама христианство выделяется за счет чистой воды монотеизма. Другими словами, оно отражает веру, как во Всевышнего, так и в Человека по имени Иисус, проживавшего в Палестине несколько тысяч лет тому назад. Житие Его и кончина, а также учение отображены в тексте Евангелия. Эту радостную весть, благое возвещение составляли Иоанн, Лука, Марк и Матфей.

Говоря: «Христос», мы вспоминаем и перовое имя сына Божьего, человеческое «Иисус». Для Палестины в древности оно не было редким, как и «Христос», обозначающий ничто иное,  как «Помазанник». Такое данное слово-титул переводили, как «Мессия» (в еврейском). Именно в таком значении «Христос» встречается во всех книгах Ветхого Завета, в пророчествах о том, что Господь пошлет на землю того, кто утвердит власть Божью, наполнит Святым духом, возвестит людей о своей воле, о воле даровать им спасение от всего злого и грешного. А через это спасение они смогут навеки соединиться с Ним.

Мессия, подобно помазанным елеем пророкам и царям, станет посланцем Божественным. Ожидание его христианами стало наиболее очевидным в годы, описанные евангелистами.  В тесте Евангелия говорится, что Иисус, читавший проповеди в Палестине, и есть Помазанником, о ком верующие молились, о ком свидетельствовали пророки. Человек Иисус – единственный заслуживающий статуса, подтверждающего его власть. Эта истина – основа христианской веры.

«И в единого Господа, Иисуса Христа, Сына Божьего единородного, иже от Отца рожденного прежде всех век. Света от Света, Бога истинна от Бога, рожденного, не сотворенного, единосущного Отцу, иже вся быша»

Еще одно важное откровение: Спаситель, Человек Иисус, посланный Отцом на землю для свидетельствования его любви и желания спасти людей, – Сын Единородный Бога. Почему стоит употреблять слово «откровение»? Ибо только оно не ограничено человеческой природой, что характерно даже для таких слов, как Помазанник, Христов, Господь.

Конечно, явить Иисуса Сыном Божьим мог только Отец Единородный. Это и произошло после крещения Спасителя у Иоанна Предтечи. Послушный и смиренный перед Богом, Он был назван Его возлюбленным сыном, в котором скрыто Его благоволение.

Это – точка в споре, показывающая, что спорить больше не с кем. Спорить о тайне, открытой Всевышним, просто нет смысла. Эту тайну не приходиться «утверждать» или оправдывать. Божественному Откровению предшествовала вся история мироздания, спасения человечества. Они были дорогой к истине, к свету и любви, к подарку, принять который – великая честь для смертных. В это веруют христиане, так как они веруют в Отца и Его Сыну. Они веруют, что любовь Всевышнего была настолько сильна, что во имя ее на землю Он послал Сына своего, чтобы он погиб, но обрел после смерти бессмертие.

И когда в молитве «Вера в единого Бога» говорится: «в Сына Божия Единородного», строки эти стоит воспринимать не буквально, не в общепринятом понимании (по такой логике и людей, сотворенных Господом, можно назвать Его детьми), а в поминании исключительном. Его хорошо отражает слово «единородный», другими словами «один единственный». Сын Его не создан, а рожден до начала всех времен. Именно это утверждается в учениях Христа о Себе, именно поэтому христиане принимают Его таковым. Они верят Ему, слушают Его, как Отпрыска единородного своего Отца Всевышнего, воплощающего собой вечную радость и любовь, самоотдачу, послушание.

На фото изображена икона "Спас нерукотворный".

Это величие заставляет человеческий ум изнемогать, что неудивительно, ведь он ограничен, он падший. Вот что делает великую тайну непостижимой. Ног на этой тайне и акцентировал внимание Иисус, открывавший людям учение о Господе, нечто доселе неслыханное, совершенно новое. Это и позволяет Церкви твердить, что Христос является светом истины, лучом божественным.

В подобном учении можно увидеть очертание границы, разделяющей тех, кто принимает веру, чтобы жить в ней, и тех, кто утверждает, что Иисус подарил человечеству возвышенное прекрасное моральное учение, но это не делает его Сыном Божьим. На этом стоит остановиться, чтобы лучше понять христианство, как одну из религий. Истинно верующие принимают Евангелие в целом со всеми учениями Иисуса в том виде, в которых они до наших времен сохранились. Другие, как, например, Толстой, что-то хотят принимать, а другое отрицают.

Обычно в первую категорию попадают понятные для человека учения Иисуса, а во вторую все то, что остается неясным. Но такой подход к религии превращает людей в судей Евангелия, что даже печальнее, он превращает их в тех, кто полагает, что Сын Божий учил людей неправде и во многих вещах заблуждался. И здесь мы подходи к важному выводу: если он допускал ошибки в одних уроках, как можно ценить другие его учения? Если подходить к изучению Евангелие не предвзято, то сомневаться в том, что Христос был посланником Господним, Его Помазанником, Мессией, способным спасти мир, не приходится.

Именно это важно в работе евангелистов, задокументировавших учения Христа, разнесших его по земле, открывших людям тайну, которую было поручено возвестить миру Христу.

Тот, кто примет эту тайну, откроет для себя суть христианства, смысл жизни во Христе. И все же, что есть тайна, открывавшаяся нашим предкам благодаря отцам и учителям, представителям Церкви? Радостная и светлая это – чувство под названием любовь. Здесь стоит повторно вернуться к Евангелии где говорится, что Бог есть Любовь. Он – ее воплощение, а не призыв любить. Конечно, любовь существовать не может, если нет любящего, любимого, единения их. Важно также сказать, то она может быть абсолютной, воплощаемой в Абсолюте единства, где христиане — едины, одно целое.

Это позволяет нам сказать, что, принимая Господа, как всеобъемлющее бытие, мы раскрываем Его совершенство, принимаем Его, как Любовь, как утверждение, что Он существует. И тогда Господь не представляется нам, как вечное я, рядом с которым нет вечного Ты. Он предстает перед верующими как единение любви, Любящего и Любимого, блаженный дар, сокрытый в Отце нашем, Его Сыне и Духе Святом.

Понять смысл фразы из «Символа веры» о единородном сыне Божьем помогают и слова, сказанные Иисусом накануне своего распятия. Обращаясь к Отцу, Христос засвидетельствовал абсолютное единство: «Ты, во Мне, а я – в Тебе».

«Нас ради человек и нашего ради спасения, сошедшего с небес»

В первую очередь стоит обратить свой взор на слово «спасение». Какой в этом толк, ведь значение его понятно всем верующим? Конечно, к нему привыкли все христиане, и именно поэтому оно потеряло свой истинный смысл. Прежде всего, акцентируем внимание на том, что христианство представляет собой религию спасения.

На фото изображено рождение Иисуса Христа.

И речь идет не о комфорте жизни, избавлении от житейских бед и несчастий, отказе от греховных мыслей, норм поведения, а о спасении, предполагающем смерть. Не стоит путать слово «спасение» со словом «утешение», которого ищет тонущий человек, или тот, чей дом поглощен огнем пожара, человек летящий в пропасть, но все еще уповающий на Бога.

С годами ощущение гибели, как основной эмоции, имеющей отношение к спасению в христианстве, «поблекло». Поэтому многие верующие произносят слова «спаси меня», «спаси нас», «спасение» и «спаситель», не вкладывая в них истинный смысл.

Мы стали причастным к подмене слов, даже лучше сказать, к подмене их смысла. Случилось это лишь потому, что люди в определенный момент перестали ощущать, что в действительности они постоянно приближаются к гибели. Их существование превратилось в поглощенный злом распад, лишенный смысла. Больше нет ужаса смерти, есть только борьба за власть и уже утвердившаяся власть греха, война, ложь, серость, похоть, отравляющая источник жизни. И весь этот хаос успешно, что прискорбно, замазывает все изъяны «цивилизации». Этих изъянов люди привыкли не замечать, ведь так легче и так не страшно.

Страх они выучились покрывать суетой, разговорами о ней, повседневными делами. Новости, громкая музыка, ускоряющийся ритм жизни – все это оглушает человека, которому страшно остановиться, чтобы задуматься о предстоящей гибели, о страхе перед неизбежной смертью. А ведь именно это чувство пропитывало жизнь людей эпохи Евангелии. Иисус явился к людям, заключенным, конечно не буквально, в тюрьме вечной тьмы. Это – факт, определяющий судьбу человека, омрачающий радость Рождества. Дьявол возжелал смерти одного Младенца и для этого пошел на убийство множества других.

Возвращаясь к трудам евангелистов, не сложно заметить, что они писали об Иисусе, как о Человеке, в чьих проповедях были одни прощение и любовь. Почему же тогда его окружала ненависть, что была настолько сильной, что привела его на крест? Важное место в Евангелии отведено измене, злобе, предательству, настоящему ужасу грехопадения. В мучении предсмертном Божий Сын тоскует и страшится своей кончины, уповает на Господа, пытаясь понять, почему Он Его оставил. В это время толпа ликует, римские солдаты плюют в лицо Человека, пока над ним измываются фарисеи. Эта картинка отображает жизнь в целом, какая она есть.

Задумавшись на минуту, не сложно осознать, что так было всегда, и так есть. Мир – место, где правит смерть. Поэтому возвращение к ощущению гибели необходимо. Без него христианство существовать не может, как религия оно не смогло бы что-то донести до людей. Раскрываясь, это учение демонстрирует, что в глубине спрятан страх кончины. Раскрываясь, оно превозносит Иисуса — как спасительную силу. И здесь речь идет о спасении человеческой жизни, стремительно по ходу ее течения отрывающейся от своего истинного смысла, от Истины Божьей, а значит, и от вечности. И чем больше этот отрыв, тем меньше смысла в гибели приговоренных.

На фото изображено как ангел пришел к Деве Марии.

Это и исповедуется христианами, читающими Символ веры, конкретно строки: «Нас ради человека и нашего ради спасения». «Нас» – для тебя, для меня, для всех по отдельности и взятых вместе. Этими словами верующие напоминают себе о неизбежной гибели.

Некоторым хотелось бы, чтобы в христианстве данной связи не было. Это помогло бы им «обезвредить» религию, превратить ее в придаток быта, в древний обычай. Но сделать это невозможно, как невозможно удалить из Евангелия распятие. Поэтому верно будет сказать, что встреча с Богом страшна, ведь она открывает человеку бессмысленность его существования, его смертность. Увидеть Христа – все равно, что увидеть истинную жизнь, обрывающуюся смертью. И вера в Иисуса начинается с очевидного, но в то же время необъяснимого, с тайны, – с надежды на Спасение своего, близких, всех в этом мире.

Все содержание Евангелие соотносимо со строчкой «Нас ради человек и нашего ради спасения». Осознав это, читающие Символ веры, смогут всей сущностью прочувствовать, что такое спасение.

И воплотившегося от Духа Свята и Марии Девы и вочеловечившегося…

Для каждого, кто не считает себя христианином, рождение Иисуса Марией является наибольшим камнем преткновения. Уверовать в это отказываются даже представители некоторых христианских течений, в числе которых и протестантское. Эти люди изучают Евангелие, опираясь не столько на веру, сколько на науку, в рамках которой Дева Мария, как Матерь Божия существовать неможет.

Принять это под силу только смиренным, простым людям, для которых данное откровение –дар свыше, радость, светлая тайна, которую Господь пожелал открыть человеку. Подтвердить, что зачатие Иисуса в действительности было безмужним невозможно. Поэтому людям остается одно – выбирать верить в это или нет. В первом случае проявляется опять же таки смирение, во втором – принципиальность, ведь наука не позволяет согласиться с тем, что неподвластно пониманию разумом. Но каждый, кто выбирает веру, знает, что она дает взамен сердцу, что она ему открывает.

Нельзя оспорить тот факт, что рождение Иисуса пречистой Марией, как это написано в Евангелии, в очередной раз ставит ребром вопрос о том, каковы границы ума, как «верховного судьи», насколько точный научный подход ко всему, что окружает нас в мире. И задуматься об этом стоит, так как многие отвергают девство Марии, которую церковники называют Богоматерью, ориентируясь именно на голос разума. Тот говорит: «Так не бывает», а значит, и не было подобного.

Что означает это? Данное утверждение в Евангелии лишнее. Все в конечном итоге упирается в выбор: важнее слово евангелистов или ум человека? Кто кого проверяет – Евангелие ум или ум Евангелие? Здесь важно отметить, что подобная дилемма возникает не только, когда люди говорят о рождении Иисуса Девой Марией. Прежде всего, она рождается, когда мы обсуждаем само существование Бога. В рамках науки, то есть, в рамках разума, нет никакого Господа-Любви, Господа-Творца, Господа-Спасителя. Существует лишь то, что подлежит проверки, как говорят философы, эмпирическому доказательству.

Это делает проблему масштабной, ведь речь уже заходит о вероятности существования сферы, в которой бы ум не главенствовал. Конечно, его на высокое почетное место ставит даже христианство, но в религии земной разум не наделен окончательной властью, поэтому у него нет права на окончательное суждение. Возникает и другой вопрос – где у разума находятся те границы, за пределами которых он вынужден говорить: «Мне это неизвестно». Здесь важно подчеркнуть, что речь идет об умном разуме, ведь глупый всегда считает, что ему все известно, поэтому кричит он громче остальных. Действительно умный разум знает, что порой уместно сказать: «Мне это пока не открылось», и это достойнее любой подлинной науки, кичащейся своим всезнайством.

На фото изображена роспись на стене церкви.

В христианстве уму отведено такое место: прежде всего, его рассматривают как подлинный дар свыше; он, как и все, то существует в мире, омрачено ограничивающим его грехом, не позволяющим ему на все найти ответы. И, что самое главное, у ума есть шанс на просветление и возрождение, но путь к просвещению лежит через веру, способность человека принять смирение. Другими словами, через его способность допускать, что не все в нашей жизни можно объяснить по принципу «причина этого такова».

Таким образом человек признает, что пути Всевышнего – не пути человека, мудрость Его не принадлежит нам.  А тот, кто этому противиться, страдает от гордыни, проявляющейся в утверждении собственного всезнайства. Люди, освободившие себя от нее, освободились и от возражений, описанных ранее: этого не могло быть, так как не бывает подобного по законам незыблемым природы и т. д,

Законы природы, как и все законы мира, на глубочайшем уровне остаются для человека неизвестными. Таковой остается и уровень, где происходит встреча ума с Господом Промыслителем, Господом-Творцом, Господом-Любовью. Здесь важно отметить, что Церковь не пытается переубедить людей в том, что непорочное зачатие, возможно, что таковое случается. Она говорит, что это случилось, когда в человеческом облике на землю спустился Сын Божий.

Поэтому изучать историю о девственнице Богоматери, следует, не опираясь на категории «возможное» и «невозможное». Более того, в христианстве в одной из известных молитв говорится, что девство является для матерей таким же чуждым, как и материнство девству. Вера в этом случае будет зависеть от одного – действительно ли уверовал человек в Спасителя, в посланного ради нас на землю Сына Божьего.

Если вера эта искренняя, то история о рождении Иисуса Марией становится понятной (не на уровне разума, а на уровне сознания, его глубин), непорочное зачатие более не кажется абсурдом. Данное откровение воплощает веру в Христа со стороны Церкви, воплощает признание его, как Человека-Сына Божьего, наполненного любовью и светом свыше. Человек не способен подарить божественной силе человеческий облик, свести его тем самым с Небес на землю. Такое решение принял сам Господь, и Его инициатива не связана с земными законами, поэтому и остается для людей непонятной.

Иисус — Сын Его, но плоть и кровь ему досталась от человеческого рода, от пречистой Марии, которую сам Всевышний наполнил соей силой, духом, любовью, поручил ей быть матерью навеки, породнить людей с Мессией, в облике привычном для всех.

На фото изображено рождение Иисуса.

Решение Господа сотворить нового человека является свободным, таким должно быть и принятие людьми подобного дара. В этом и заключается смысл христианства, радость этой религии. Бог спустился с Неба, чтобы поднять на него человека. Иисус позволил нам осознать себя, как детей Божьих, а через Марию мы стали с Ним едины, а значит, и едины со Спасителем. Это и выражает строчка «и воплотившегося от Святого Духа и Марии Девы и вочеловечившегося», вошедшая в текст Символа Веры.

«Распятого за нас при Понтийском Пилате»

Заем молитва «Вера в Единого Бога» обращает наше внимание на Пилата? Почему, говоря о распятии Иисуса и его воскресении, важно упомянуть именно это имя, хотя оно одно среди множества, причастных к мучениям Спасителя, к его осуждению? Ответить на эти вопросы одним предложением не получится. Ответов будет несколько, оба для христиан существенные.

Первый: Пилат упоминается в Символе Вере, как инструмент утверждения истории, на которой базируется вера человека в спасение.

Второй: причина, почему в молитве речь идет именно о римском правителе, кроется в тех словах, с которыми он обратился, как утверждает Иоанн в Евангелии, к самому Иисусу. Пилат не понимал, почему Учитель молчит, ведь именно от него зависит его дальнейшая судьба. Действительно, у правителя была власть лишить Христа жизни или помиловать его. Также известно, что он знал, что перед ним человек невинный.

Осознавая это, он намеревался отпустить пленника, но сделать этого он не посмел, боясь толпы, который нужно было угодить. Сделать это, убив Сына Божьего, было проще, чем иметь дело с взбунтовавшимся народом, риском столкнуться с неконтролируемыми волнениями и т. д. Тем не менее, оправдывать его нельзя. Пилат был свободным. В его руках, как говорил Иисус, была власть, дарованная свыше. Этой властью он мог воспользоваться для защиты слабого, для проявления милосердия. Но он решил встать на сторону зла.

В тот момент, когда все зависело от Пилата, что он осознавал, он свободно решил действовать против правды и совести. Действительно, правитель не выполнял чье-то поручение, он не исполнял покорно чужую волю. У него была свобода, и именно это делает его предательство таким трагическим и ужасающим.

По этой причине имя Пилата в Символе веры стоит воспринимать, как напоминание христианам об их свободе. Мгновение, когда у правителя была возможность поступить правильно, помиловав Иисуса, на самом деле бесконечное, оно длится по сей день, причастно к жизни любого человека. Ежедневно тот делает выбор, пользуется своей властью действовать так, как считает нужным. Выбор сводится к принятию совести, жизни по ней, или ее отвержению. Она превращает веру человека в суд над ним же.

На фото изображено распятие Иисуса Христа.

Любой человек отражает в себе частицу Иисуса. И перед образом Его приходится решать – творить добро или становится предателем, поддаваясь слабости, страху и малодушию, что и выбрал Пилат в пятницу накануне Пасхи. Эта свобода, которая при любых обстоятельствах сохраняется за людьми, и определяет судьбу их: их ждет спасение или гибель, предшествующая телесной, то есть, духовная.

Сын Божий спас нас, но этот дар мы сами используем в дальнейшем для того, чтобы обрести вечную жизнь или обречь себя на муки. И перед тем, как сделать выбор, нужно вспомнить решение Пилата по отношению к безвинному человеку, всеми преданному и брошенному. Каждому самостоятельно решать, как себя судить, какой приговор выносить, отвергая или принимая Христа.

Одно лишь упоминание римского правителя в тексте Символа веры позволяет человеку осознать свою свободу, необъятную, дарованную свыше. Перед христианами стоит не сам Господь, перед которым бы все трусливо преклонились бы, согнулись бы в подчинении от страха, а – человек, в багрянице и с терновым венцом на голове. И судьба наша определяется свободным отношением к Нему, точно так же, как определялась в свое время и судьба Пилата.

«Распятого»

В человеческом обличии Господь спустился к нам, чтобы воссоединиться с детьми своими, показать им свою любовь, открыть им путь к вечной жизни, к свету. Но мир его отверг, о чем писал в Евангелие Иоанн Богослов. Бог явился к своим, но свои не стали принимать его. Он явился на землю, чтобы быть распятым, воплотился, чтобы страдать, вочеловечился, чтобы быть убитым. Это противопоставление любви и ненависти, принятия и отвержения, в тексте Символа веры открывает христианам важное знание. Это знание зла, которое в конечном итоге было побеждено Христом, разрушено Им.

Наверное, многие верующие задаются вопросом: почему Иисуса отвергли? Когда зародилась ненависть к нему и почему она нарастала вплоть до криков: «Распни Его, распни!». Это несправедливо, так как в своих учениях Христос делал акцент только на милосердии, любви, сострадании, доброте. О своей «работе» Сын Божий говорил, как о миссии, ответственность за которую была возложена на него свыше. Миссия эта предполагала помощь нищим, исцеление тех, кто сокрушился сердцем, проповедь невиновным заключенным, дарование прозрения ослепшим, освобождение измученных. Иисус шел и вел за собой толпы.

Эти люди страдали, болели, но добровольно следовали за Учителем, слушали его, окружая Его поклонением. Но от нее не осталось и следа, когда Христа привели к первосвященнику, а потом к Пилату, когда он терпел издевательства римским воинов, когда ладони и ступни его тяжко ранили, вознося на крест. Куда девалась та толпа? Почему любовь сменила ненависть, почему на смену поклонению пришло отвержение? Даже правитель признал в Иисусе невиновного, понимая, что ему не место рядом с разбойниками. Но желание смерти Христа поражало своим напором. И перед ним свобода выбора Пилата оказалась бессильной.

На фото изображен суд Иисуса перед Пилатом.

Понять смысл этого рассказа из Евангелии, прост. Достаточно задуматься, прожить его от начала до конца. Сына Божьего возненавидели не за те проступки, которые ему приписали злые языки, сознавая, что для Пилата это может стать весомой причиной для убийства Проповедника. Нет, дело не в недоразумении, печальной случайности. Иисуса пригвоздили к кресту из-за того, что любовь и свет добра в нем были невыносимыми для людей. В этом свете зло, к которому привыкли все, обличалось. Зло, которое все старались скрывать и не замечать, стало явным.

В этом и есть вся суть падшего мира: в нем зло не ограничивается процветанием, оно стремится выдать себя за чистое добро. Этот мир наполнен злом в личине заботы и других благодетелей. Так было раньше, так есть сейчас и так будет всегда. Люди привыкли к порабощению, к убийствам, ко лжи, что все это на самом деле – добро. Они не только утверждают, что воплощают добро, они требуют, чтобы это признали все вокруг.

В этом заключается вся хитрость зла. Оно знает, что победа была бы недостижимой, если бы оно было очевидным. Таким образом, путь к этой победе лежит через обман, притворство. Таким обманом пользуются люди. Они ненавидят, лгут, уродуют все прекрасное, убивают, но утверждают, что творят добро. Такой обман и раскрыл Иисус.

Облачить все мерзкое ему удалось не просто словами, а всей своей сутью, своим явлением человеку, присутствием в его жизни. А преступникам известно, что для защиты поруки зла нужно избавиться от того, кто его увидел. Здесь важно обратиться к Евангелии, к строке, в которой утверждается, что с момента уничтожения Свидетеля, Ирод с Пилатом породнились. Данное тонкое замечание отражает всю суть истины о зле.

Творившего добро, чудеса исцеления и не только, Христа сопровождали обожающие его толпы. Но как только свет Иисуса обнажил все несовершенства людей, они предали его, стали кричать «Распни Его». Поддавшись инстинкту зла, они осознали, что своей абсолютной любовью, своим совершенством Сын Божий направляет их на путь истинный, но тяжкий. Они поняли, что от окружающих Он ждет той жизни, которую они принимать не желают. Человека, чья доброта и любовь невыносимы, нужно было стереть с лица земли.

Это нам открывает важную истину – всю суть символизма распятия. Но видимое торжество зла по сути является торжеством добра, ведь тому удалось его раскрыть, снять с него личину обмана. Первосвященникам было известно, что на Иисуса клевещут. Пилат понимал, что он казнит невиновного. Но это страшное торжество зла позволяет разгораться победному свету всего, что исповедуют истинные христиане.

Заметить этот свет можно в раскаянии распятого, в признании сотника, увидевшего, что перед ним Сын Божий. Погибая на кресте Он, подводит к концу собственное свидетельство, и пока что лишь только внутри разрушая зло. Распятие стало началом той победы, которую завершило воскресение Мессии.

На фото изображено распятье Иисуса.

«Страдавшего»

Читая это слово в Символе веры, многие не понимают, почему оно там присутствует, ведь оно уже отображено в слове «распятие». Однако, по сути, говоря: «распятого», подразумевают тех, кто казнил Иисуса. То есть, зло, торжествующее, снимающее с себя все маски, разрушающее себя одновременно. В противовес ему приводят слово «страдавшего», обозначающего Христа, но никак не тех, кто казнил его. На этой части молитвы и стоит на время сосредоточить свое внимание.

Вспомнить также стоит об уроках лжеучителей, которые твердили, что на кресте Сын Божий не страдал, он не испытывал физические и душевные страдания, как о том говорится в Евангелии. Но если бы это было так, то вера наша в Христа, как в Спасителя, была бы в корни другой. Из нее бы исчез самый главный ее элемент – вера в спасительность самоотдачи, самопожертвования, страдания по доброй воле. Этот закон мира является самым безысходным, не поддающимся объяснениям.

Стоит ли приводить доказательства в пользу утверждения о том, что в мире много страданий. И под страданием подразумевается не только физическая боль, но и душевная, мучение в целом в любой его форме. Иногда оно бывает таким мощным, что по силе своей превосходит страх перед смертью. Гибель тогда для человека становится единственным спасением от страдания. Но здесь нам открывается другая истина – человек не принимает закон страдания, каким бы всеобъемлющим он не был.

Любая религия, философия и идеология может предложить людям собственный «рецепт», позволяющий освободиться от страданий, позволяющий положить им конец. Данное обещание стирает границу тем, что есть коллективизм и что есть индивидуализм, что есть религия, а что – атеизм, что есть радикализм, а что – консерватизм.

Продолжать можно бесконечно. Эти рецепты люди принимают охотно, они верят данным им обещаниям и ждут, даже на подсознательном уровне, что однажды их страдания завершатся. Это указывает на то, что их они воспринимают, как нечто, чему нет места в их жизни. И не важно, что то, что происходит это повсеместно, можно считать нормальным, то есть, можно ввести такое понятие, как «нормальное страдание». Нет, для людей они всегда будут ощущаться, как ненормальные.

А что об этом говорит христианство? У него рецептов борьбы со страданиями нет. Эта религия напоминает о призыве Иисуса оставаться в мире печальными. Об этом он сам напоминал страдающим на протяжении всей жизни своей. И никогда он не говорил, что на землю Отец послал Его для уничтожения всех бед, приносящих людям физическую или душевную боль. Христос осознавал, что Его ждет в Иерусалиме, но все равно направился туда. Он знал, что идет на страдания и принимал это, как принимал и то, что тем самым он обрекает на страдания любого, кто хоть немного будет следовать заповедям Его. Зачем? Все это кажется нам противоречивым.

На фото изображено как Иисус идет на распятие.

Смысл заключается в следующем: на первый взгляд любое страдание, которое пережил помогавший бедным и нуждающимся Христос, возмущало его дух, что знакомо любому человеку. То есть, можно предположить, что страдания им не принимались, как нечто нормальное.

Человек был создан Всевышним для радости, но не для мучений, и страдание является ничем иным, как злом, торжествующим, превозмогающим добро. Но вот, что действительно важно – зло настолько ужасно, что оно сделало страдания нормальным явлением. Таковое, сопутствующее смерти, утвердилось, как абсолютный закон жизни. Оттого в христианстве скептически относятся ко всем «рецептам» борьбы со страданиями, к обещаниям исцелить, оживить мертвых, очистить мир от боли.

Эта религия – единственная, наоборот подчеркивает, что страдания неизбежны, они всесильны и безысходны, и эта «нормальность» ужасающая. Исцеленного однажды снова настигнет болезнь, а если нет, то он все равно скончается. Утешенному и осчастливленному придется снова столкнуться с печалью, побочным продуктом торжествующего зла. А теперь вернемся к призыву Христа оставаться в мире печальными.

Достаточно вдуматься в него, чтобы осознать, что Сын Божий призывал людей претворить страдания в победу добра над злом. Как это можно сделать? Последовав примеру Христа, который по доброй воле отдался страданиям, принял их. Но почему нельзя было обратиться к человеку именно с такой просьбой? Все просто – она бы в таком случае воспринималась бы, как бессмысленная риторика, нечто вроде самоутешения, и не было бы в сердцах наших духовной памяти страдающего Спасителя.

О чем эта память заставляет нас задуматься? Иисус, Посланник Божий, пришел на землю, чтобы войти в страдания человека, принять их, сделать их своими, какими бы страшными те не были. Их он пронес, ощутив боль в полной мере, что позволила сделать ему его человеческие плоть и кровь. И по этой причине на кресте он чувствовал тоску и ужас. Тем самым Он открыл людям истину – что есть духовный подвиг. Духовная борьба и победа – принятие страданий. Кто-то скажет, что они являются венцом абсурда, но это не так, ведь смыслом их наполнил через свою надежду и любовь, сам Сын Божий.

На фото изображен вход Господень в Иерусалим.

Приняв страдания, Христос превратил их в возможность прикоснуться к истинной духовной жизни. Это слово самое подходящее, ведь в том, что пережил Иисус не было ничего магического. С другой стороны, если рассуждать по-человечески, подвиг претворения данной возможность в нечто реальное, – подвиг непосильный и невозможный для обычного смертного.

Неудивительно, что людям хотелось бы, чтобы им не пришлось принимать страдания, претворять их. Было бы значительно легче, если бы Иисус избавил нас от них. Но это желание делает нас такими предателями, ничем не лучше тех, кто казнил Христа, желавших от Него лишь исцеления. Сын Божий при этом никогда не стремился к уничтожению страданий для себя или других. Он сделал нечто более важное: стал частью мучений людей, принял их, как единственный путь к любви, вере, надежде, к победе Святого Духа, к порогу Царства Божьего.

Не зря говорят, что сила Всевышнего свершается в немощи. В этом мы можем убедиться, осмотревшись вокруг: все истинные победы безграничной любви, заботы, надежды, веры, духа – это победы Сына Божьего страдавшего. Об этом и говорит христианам слово «страдавшего», встречающееся в тексте Символа веры.

«Погребенного»

Молитва «Вера в Единого Бога» утверждает следом за исповеданием страдавшего и распятого Иисуса, «погребенного». И опять у христиан может возникнуть вопрос: «Почему использовано данное слово, а не, например, «умершего»?» Конечно, само по себе погребение уже включает в себя понятие «гибель», но, оно не было заменено данным словом. Церковью было принято решение перечислить в числе событий, происходивших с Христом в его жизни, в годы служения, именно погребение. Оно, как и прочие, отраженные в Символе Веры, заставляет людей задуматься о том, как совершалось и как продолжает свершаться спасение. Касаясь толкования слова «погребенного», мы затрагиваем самое сердце христианской религии.

Верно, будет сказать и следующее: гибель еще имеет отношение к земному, она является концом жизни. Смерть, если говорить в «смысле» биологическом, – нечто очевидное, неподлежащее оспариванию. Как для тех, кто убежден, что «загробная жизнь» существует, так и для тех, кто отрицает это. С другой стороны, погребение усопшего уже не связано с самим моментом гибели, оно имеет отношение к тому, что следует далее, к отношению к данным вещам.

На фото изображены статуи. Могила Иисуса Христа.

Что касается самого обряда, то для некоторых он символизирует признание кончины человека как конца в Абсолюте, как возврат к небытию, откуда и возникло и куда оно вернулось. Этот момент может быть торжественным, украшенным цветами, дополнен красивыми речами, но это не меняет того, что погребение пронизано чувством безнадеги, навеивает мысли об абсурде: человек жил, человек нет. На этом все.

Другие в проводимом обряде ищут способ выразить надежду на то, что жизнь загробная существует: язычники по традиции помещали в гробницу усопшего оружие еду. Если речь шла о женатом мужчине, то они лишали жизни его супругу, чтобы они продолжали быть вместе, сопровождали друг друга в ином измерении. Такого рода погребение современному человеку кажется суеверием, наивностью, присущей ребенку.

Как бы там не было, само по себе оно в любой форме определяет то или иное понимание гибели. По этой причине Церковью было принято решение не говорить о смерти в тексте Символа веры, а упомянуть вместо этого Христово погребение. Более того, ежегодно в Благословенную или Великую Субботу, предшествующую Светлому Воскресению Сына Божьего, Церковь проводит данное погребение, каждый раз раскрывая людям то, что стоит за гибелью Иисуса, которую он принял добровольно, погрузившись в нее полностью. Когда христиане после темной

Страстной пятницы, когда Христа распяли и убили, когда проявилась вся мощь злых сил, обрушившихся на Мессию, вступаем в Благословенную субботу — по центру храма размещают плащаницу, другими словами, гробницу, на которой присутствует изображение усопшего Иисуса.

И каждый, кто хоть один раз прочувствовал этот наполненный белой тишиной и светом момент в единении с другими верующими, осознает (не умом, а сущностью своей всей), что данная плащаница, как и любой гроб, свидетельствует о победе смерти, но в то же время ее начинает озарять особый свет, символизирующий превращение гробницы в живоносный гроб. Так и поет об этом важном событии Церковь.

Конечно, мы наблюдаем за торжеством гибели, за концом человека, превратившегося в бездыханное неподвижное мертвое тело. Все, чему было суждено совершиться, свершилось. Однако, нельзя не заметить и красоту службы, совершаемой у плащаницы, будто у самой гибели.

На фото изображена статуя Иисуса, который несет на себе крест.

Она ни с чем несравнима, необычна, она – воплощение созерцания новизны Человека единственного, его гибели. Христиане, обращаются к жизни, то есть, к самому Христу в гробе, пытаясь понять, как она умирает, как вселяется в гробницу. Ответ на этот вопрос приходит не сразу. Иисус находит, что сказать на всеобщее недоуменье, на рыданья людей, на их отчаяние, на скорбь матери своей и мира всего, сотворенного Отцом.

Христос говорит, и услышать слова эти можно в песнях, исполняемых на службе, что на землю пришел Он к друзьям своим, Еве и Адаму, но, не найдя их, он спускается в беспросветную тьму, туда, где они. Истина выражена на языке, понятном даже детям, на языке сказок, то есть в символах и образах. Иначе и нельзя открыть новизну того, что свершается.

Человек, в котором, как пишут в Евангелие, воплотилась сама Жизнь, полон сострадания и любви, погружается в смерть, Отцом не сотворенную, но отравившую мир, завладевшую ею полностью. Смерть взяла верх над жизнью, но в момент гибели Иисуса, сама оказалась побежденной. В смертной тьме одинокой, в ужасе виднеется свет, свет жизни.

В потемках, но уже ближе к утру, христиане носят гроб Христа вокруг храма. В этот момент исполняется победная песня «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный!», сменяющая рыданья. Сын Божий идет по царству смерти, обращаясь к пленникам, чтобы утешить их – торжеству зла конец. С этого момента любая смерть, независимо от того, насколько она страшна и печальна изнутри, остается побежденной тем, кто принял ее и изжил в себе. Как говорил евангелист Павел: «Смерть поглощена победой». Вот почему у гробов всех умерших поют «надгробное рыдание, претворяемое в победную песнь Аллилуйя!»

Так и открывается верующим слово «погребенного». Смысл его таков — принявший смерть, как дань, наполнивший ее светом любви, а значит, верой, надеждой и самой жизнью. Тем самым Он не оставил гибели шанса на победу, обезоружил ее.

Каждого в конечном итоге ждет смерть. Но Церковь в Символе вере обещает, что в ней человек встретит Сына Божьего, ведь воскресением своим Он превратил для людей гибель в возможность встретиться с Всевышним.

На фото изображена пещера, где был похоронен Иисус.

«И воскресшего в Третий день по Писаниям»

Сначала крест, затем принятие смерти, а потом и воскресение. Это утверждение в Символе веры занимает центральное место. Оно опять же таки касается самого сердца христианской религии, неустанно напоминающей, что любая вера тщетна, если Иисус не воскрес. Впервые эта истина была открыта апостолом Павлом, она легла в «фундамент» христианства и остается там основоположной до наших дней. Действительно, представить эту религию без веры в то, что Сын Божий покинул гробницу, так как он восстал всеобъемлющим и абсолютным из мертвых, невозможно. Тем самым Христос преодолел главный закон жизни, закон смерти, который, казалось бы, не терпит исключений.

Воскресение Иисуса, на чем стоит акцентировать внимание повторно,– сердце христианства, благой вести. Но, к сожалению, эта истина сегодня в жизни верующих занимает немного места. Со временем она, будто бы, затуманилась. Люди стараются обходить ее, а значит, они не принимают ее, не ведают, так как делали это христиане древние.

Нельзя, конечно, поспорить с тем, что каждый, кто посещает храм, ликует, слыша на Богослужении «Смерть поглотила победа» или «смертию смерть поправ. Но ответить четко, что человек думает о гибели, удается единицам. Зачастую все утверждения на эту тему расплывчатые, другие и вовсе перекликаются с языческими, связанными загробной жизнью. И это – в лучшем случае.

В худшем — верующий теряется и отвечает, что прежде никогда не задумывался над значением слова «воскресение». А ведь задуматься стоит, это крайне важно, ведь христианство, как мы уже говорили, базируется не на «верю» или «не верю» в бессмертие души, а на вере в воскресение Иисуса. Оно же означает «воскресение всех и каждого».

Если не восстал из мертвых Христос, то тогда вся Евангелия – сплошное надувательство, страшный обман. Если воскрес Он, то взгляды наши на бессмертие души кардинально меняются, другими словами, бессмысленными становятся все языческие представления о загробном мире, прочие верования, отличные от христианских. Сама по себе гибель видится человеку в новом ином. Этот свет на нее проливает воскресенье в том его понимании, которое встречается только в христианстве, которое совершенно не типично для других религий.

Здесь важно уточнить, что в классической форме своей понимание бессмертия души не предполагает воскресение, так как это слово связано не только с чем-то духовным, но и с телесным. Достаточно прочесть Евангелие, чтобы убедиться в этом. Когда апостолы встретились с воскресшим Сыном Божьим, они сначала решили, что перед ними стоит Его призрак. Христос, понимая это, явил им себя, прежде всего, телесно, позволив ощутить реальность своей плоти. Он брал пищу и употреблял ее перед учениками.

На фото изображена картина воскресения Иисуса Христа.

Фома по-прежнему сомневался, что перед ним не приведение, тогда Иисус приказал ему коснуться пальцами тела Его. Уверовавшие апостолы, убедившись в реальности, то есть, в телесности воскресения Христа, провозгласили это чудо основным содержанием собственной проповеди. Не случайно главное церковное таинство предполагает вкушения вина и хлеба, как крови и плоти воскресшего Иисуса. Тем самым, как писал евангелист Павел, верующий не просто принимает смерть и воскресение Господне, но исповедует их.

Каждый, кто принимает христианство, принимает не принципы и идеи этой религии, а веру в Христово воскресение, опыт, подаренный человеку восставшим из мертвых Спасителем. Вера в воскресение Сына Божьего – вера в воскресение всеобщее, как в разрушающую и уничтожающую гибель силу. Последним врагом этой силы смерть назвал впервые апостол Павел.

К этой важной истине христиане возвращаются каждый год на Пасху, провозглашая возрождение Христа, царствование жизни. Это подводит нас к такому выводу – принятие христианства или не принятие его равно принятию или непринятию Воскресения Господнего, как воссоединения тела и духа, разделение которых и является гибелью. Тех, кто отвергает воскресение Христа, можно игнорировать хотя бы потому, что тем самым они отказываются верить в существования Всевышнего.

Стоит ли удостаивать вниманием убежденных безбожников, атеистов. Куда важнее подойти к ведущемуся на протяжении многих веков спору в иной плоскости, сконцентрироваться на затуманенной вере в воскресение среди христиан, тех, кто придерживается Пасхальных традиций, встречают новость о восстании Иисуса из мертвых с радостью, подсознательно сам этот факт отвергая.

В ключе историческом мы стали свидетелями возврата людей к дохристианскому пониманию слова «смерть», тем самым она была признана законом природы, явлением неизбежным, которое нужно принимать, каким бы страшным оно не было. Здесь важно отметить, что всякая религия и даже философские учения, учат людей мириться с гибелью, как с вратами в загробный мир, где душе гарантировано бессмертие. Но, если следовать логике Платона и всех его многочисленных последователей, смерть представляется освобождением души из телесного заточения, и вера в воскресение телесное не вписывается в эту «теорию». В ее рамках она не только непонятная, но и неверная, ненужная.

Это позволяет нам сделать важный вывод – чтобы принять христианскую веру в воскресение, начать нужно с малого – с понимания слов «тело» и «смерть». Это позволяет узреть причину недоразумения, возникшего внутри самого христианства.

«Бессмертие»

В религии воскресение Иисуса – чудо. По сути, оно и есть чудом, но в рамках бытового сознания оно «единичное», соотносимое исключительно к Христу. А так как Его мы считаем Богом, то чудо перестает быть чудом, ведь Господу все под силу, для него нет ничего невозможного. И, какое бы значение не имела кончина Сына Божьего, всевышняя сила и абсолютная власть не позволили Ему остаться во гробнице.

На фото изображен воскресший Иисус Христос.

Но по сути, все это – лишь часть «оригинального» восприятия воскресения Иисуса христианами. В современном христианстве, в его божественных службах, песнопениях, в молитве, в самой Церкви, как и ранее, ощущается радость. Не прочувствовать ее невозможно, прежде всего, на Пасхе. Но за этой радостью важно не забывать об «общем воскресении», к которому открыл путь Иисус.

За неделю до Светлого Воскресения Христова празднуется воскрешение Лазаря, скончавшегося друга Сына Божьего. Указывая на это событие, Церковь напоминает людям о чуде «общего воскресения». Но почему в сознании многих вера в воскресение Иисуса и вера в воскресение для всех отделены друг от друга?

Люди, как сомневающийся Фома, которого Христос призвал прикоснуться к Нему пальцами, чтобы убедиться в его телесности, возрождении. И даже не сомневающиеся почему-то перестали связывать свою участь после гибели с чудесным воскресением Сына Божьего, с Ним самим. Про Иисуса принято говорить: «Он воскрес», а про себя люди твердят «нам даровано бессмертие души».

Но в это бессмертие верили еще до того, как на землю спустился Мессия. Такой была вера евреев, греков, она до сих пор сохранилась во многих религиях, отличных от христианства. И существует она отдельно от признания самого факта воскресения Христа, что делает его как бы ненужным.

Каков корень этого раздвоения? Кроется он в человеческом понимании «гибели», в то, что ее он воспринимает, как распад тела и души. Именно в такой форме смерть представляется в дохристианской религии. Более того, в ней отделение души от тела считалось не просто чем-то приемлемым, но и положительным, позволяющим обрести долгожданную свободу, чистоту, блаженность. Это и неудивительно, так как опыт зла, страданий и страстей связывают именно со всем телесным.

Это позволяет религии обратить отделение души от тела в освобождение, в побег из темной темницы, в возможность ощутить полноту жизни на духовном уровне. Но важно понимать, что подобное понимание слова «гибель» не является христианским. Оно не вписывается в христианство, так как ему напрямую противоречит. В данной религии распад души и тела – зло, к сотворению которого Господь не имеет отношения.

Это зло само явилось в мир, чтобы поработить его, отравить, нарушить замысел Всевышнего, противостоять Его воле. И для уничтожения данной темной силы на землю явился Христос. Восприятие смерти в христианстве легче понять и принять, если больше внимания уделить Божьему замыслу, хорошо описанному в учении Христа, в смерти Отпрыска Божьего и в воскресении Его, то есть в историях, вошедших в Святое Писание.

Сформулировать все четко и кратко можно таким образом: Господь сотворил человека, состоящего из плоти и души, то есть, из чего-то материального и духовного. Это единение и именуется человеком, о чем нам говорят Евангелие и Библия. По задумке Всевышнего, человек –дух воплощенный и тело одушевленное. Одно без другого существовать не может, а если разделение и происходит, то это воспринимается, как катастрофа, как смерть, большое зло.

Это и объясняет веру христианства в телесного Бога, в Господа во плоти. И речь идет о плоти не прозаичной, а реальной, испытывающей усталость, потребность в пище, чувствующей боль. То, что Писание зовет жизнью, обрывается, когда происходит распад души и тела, отделение плоти от духа. Конечно, гибель в этом смысле не заставляет человека исчезнуть, так как нет такой силы, которая могла бы стереть с лица Земли нечто, что было перенесено в жизнь из небытия Господом. Но смерть заставляет человека погрузиться в бессилие, в безжизненность, в кромешную тьму, где его ждет тление. Так писал евангелист Павел.

На фото изображен Иисус с учениками.

Важно понимать, что мир был сотворен Богом не для тления, распада человека, как жизни. Именно по этой причине в Евангелие последним врагом Господа является смерть, а воскресение –силой, способной воссоздать мир в том виде, в котором он был задуман Всевышним. Этот мир целостный, прекрасный, это – материя одухотворенная, дарованная человеку свыше. Христианское, в частности православное учение, утверждает, что цель Бога – не уничтожать мир, а изменить его. И будет небо новое, и земля новая, и тело духовное, свидетельствующие о присутствии Господа, о Его славе.

Но когда же будет истреблен последний враг Всевышнего? Разрушение его началось, когда по доброй воле Сын Божий принял смерть, вошел в нее с любовью и состраданием, чтобы наполнить тьму ужасную светом. Это прекрасно объясняется значение строчки «Смерти смерть поправ» из известного пасхального песнопения, в котором также говорится: «Христос воскрес из мертвых».

Воскресение Иисуса единичное, но именно оно знаменовало торжество жизни над смертью человека. Именно ему удалось положить конец безнадежности, главному закону бытия, владычеству зла. Христос обещал людям не загробную жизнь, а ее перерождение, радость, которую на новой земле под новым небом будут ощущать все. Так можно толковать слова «Восстанут мертвые и сущие во гробах возрадуются».

Таков смысл прячется за центральным утверждением в тексте молитвы Символ Веры. И он возвращает человека к Священному Писанию, то есть, к миру, духу, телу, материи, жизни в том виде, в котором они были задуманы Единым Творцом. Именно Писание открывает христианам надежду, любовь, веру, предложенные данной религией. И тот, кому дано принять эту истину, поймет, почему вера остается тщетной, если Иисус не восстал из мертвых.

«И восшедшего на небеса»

За этой строчкой, которую верующие найдут в Символе веры, следует «и сидящего одесную Отца». Здесь имеется в виду «справа от Господа» (если переводить с церковнославянского). Данное утверждение не совсем понятно христианам, его значение и суть призыва остаются для многих загадкой. По сути, речь идет о вознесении Сына Божьего на небеса.

Перед тем, как углубиться в поднятый вопрос, нужно разобраться с христианским значением слова «небеса». Почему это так важно? Потому что им злоупотребляют недобросовестные толкователи, недруги религии. Их стараниями современные верующие возвращаются к первобытным дохристианским понятиям, где «небеса» – это нечто «физическое», место, где живет Бог, откуда он и правит миром, вселенной.

Истинное христианское понятие слова «небеса» не вяжется с тем, которое предлагают древние верования. Бесспорно, пришло оно в религию из символизма в пространственной его форме, что характерно для любой культуры. По этой причине и стоит смотреть на него так же, как и на слова «высокий», «узкий, «низкий», «широкий» и прочие. Их, как и другие, можно использовать не в пространственном смысле, а в нравственном.

На фото изображено воскресение Иисуса Христа.

Когда, например, человек говорит о «высоких» и «низких» поступках, он имеет в виду хорошие и плохие с точки зрения морали поступки. Так и слова «широкий», «узкий» могут порой быть изъяты из контекста телесного сложения. Возвращаясь к слову «небеса», стоит отметить, что почти на всех языках, оно имеет один «натуральны» смысл, а также несколько духовных, символических.

В данном случае речь идет традиционном о чем-то запредельном, чистом, высоком. Даже примитивные люди в рамках первобытного представления о мире воспринимали значение этого слова буквально. В древней космологии мир состоял из «этажей», где верхний – небо, средний – земля, нижний – преисподняя. Не сложно догадаться, куда определяли все божественное. Ему доставалось место на небесах, тогда как все греховное попадало в преисподнюю.

Неудивительно, что божественное связывают с небесами, которые в физическом опыте чистые, возвышенные и прекрасные. Но какое отношение христианство имеет к древней космологии? Никакого, что подтверждает своими словами евангелист Павел, обратившийся к верующим с просьбой думать не о земном, а о небесном. Уместно будет вспомнить и изречение Иоанна Златоуста, которые не без радости писал: «что мне о неба, когда я сам – небо».

Данное открытие позволяет понимать, почему применение слова «небеса» в его примитивном значении, глупом и суеверном, и даже не научном, – попытка уличить верующих, попытка эта не только недостойная, но и несправедливая. Но нельзя отрицать, что в христианстве слову «небеса» отводится важное место. Этот символ является по своему смыслу ключевым. На это указывает история создания мира Господом, в ней есть четкое разграничение «небо» и «земля». Именно они были созданы Всевышним в начале.

Но это не делает небеса в христианской религии чем-то внеземным, сравнимым с другим миром. Они остаются частью мира, частью, в том числе и духовного творения, его вертикальным измерением. Небеса в мире чисты, высоки, здесь будет уместно провести параллель с душой человека. Атеисты привыкли опираться на материалистические понятия, поэтому им чуждо понятие святой реальности, существующей в мире.

Лишенные веры все объясняют, ориентируясь на безличные физические законы, на материю. Но истинные христиане судят не по материи, а по небу, которым можно мерить жизнь и смысл ее. Частицу его в христианстве носит внутри себя каждый человек, так как создал его Господь по собственному подобию и образу. У человека есть ум, позволяющий ему обрести силу знаний, у него есть совесть, а значит, понимание, что есть добро, а что — зло.

У человека есть дух, с которым он постигает все прекрасное и совершенное. Но есть у него и свобода, по которой он отделяется от того небесного, что есть в нем, ради жизни земной. А жизнь по земле предполагает направление духовного взора вместе с сердцем своим вниз. Это в христианстве называют грехопадением. И в данной религии утверждается, что спасти от подобного греха человека пришел Бог, воспротивившийся отделению творения своего от небес, падению его вниз.

На фото изображена икона Иисуса Христа с ангелами.

Спустившись на землю в человеческом облике, Он вернул людям небеса, все то прекрасное, доброе, чистое и высокое, от чего они по ходу редукции, попытки свести все к земному, низшему, отделились. Ему удалось открыть человеку Небеса заново, даровать их им, подчеркнув тем самым, что жизнь – это восхождение вверх, постоянное стремление ввысь. Собственным светом и совершенством Он наполнил землю и даже то, что в примитивной космологии, называлось преисподней.

Иисус пришел на землю, чтобы принять гибель. Но с Ним и в жизни, и в кончине, на землю также вернулись Небеса, открылась дорога к триумфу над беспросветной тьмой, безнадегой, бесконечным завершением того земного, к чему опустились люди. После этого Сын Божий был вознесен на небеса. И в рамках христианства означает это, что на небеса вознесся и Человек. Он коснулся правды небесной, вернулся к Господу, к вечной жизни, единственной в подлинности своей.

И утверждение «и восшедшего на небеса» в молитве «Символ веры» указывает не только на Иисуса, но и на людей обычных. Тот, кто уверовал в Сына Божьего, тот с Ним, тот на Небе, вера того вместе с духом и любовью всегда устремлена к Единому Творцу. Только через осознание небесной подлинной жизни, смысл обретает и земная жизнь, так как через Христа она стала дорогой к небесам.

«И паки грядущего»

Для христиан всегда была характерна вера во второе пришествие Мессии. В древности она была наполнена радостью, да и сама религия представляла собой радостное переживание от ожидания Сына Божьего. В последней новозаветной книге в Апокалипсисе или, как его еще называют, в Откровении, есть строчка: «Ей, гряди, Господи Иисусе!». Писал о пришествии и апостол Павел, на эту тему он рассуждал, например, в своем послании к фессалоникийцам. В нем евангелист утверждал, что, когда Господь явится на землю, то все мы будем с Ним. Но со временем радость от пришествия Мессии сменялась страхом, который подпитывал последний суд. Сейчас его также принято называть страшным судом. Интересно, что и страх перед ним с годами выдохся, на смену ему пришел страх смерти.

Это – весомая причина для того, чтобы задуматься над смыслом изначальной веры христиан во второе пришествие Спасителя, а также в смысл последнего суда, который был обещан Иисусом. Переосмыслить стоит и христианский опыт страза, само понимание этого слова. Начать при этом рекомендуется с последнего, с хорошо знакомой всем эмоции, которая, как не странно в Писании и Предании встречается не только в отрицательном смысле, но и в положительном.

На фото изображен Иисус со своими учениками.

Взглянем для начала на отрицательный, который будет уместно даже назвать греховным. О нем хорошо доходчиво написал Святой Иоанн Богослов. В одном из своих посланий он подчеркнул, что тот, кто боится, мучится, а значит, в любви быть совершенным не может быть. Одно второе исключает. Здесь стоит понимать, что совершенной любви ни почем страх, она его побеждает. Но нужно ли говорить о том, что всю свою жизнь человек чувствует страх перед страданиями, перед бедами, неизвестностью, перед смертью.

Жизнь страшит не менее умирания, и от этой эмоции людям хочется освободиться. Это ему не удается, поэтому остается одно – заглушать страх, стараться не думать о нем, запрятать его подальше, как бы забыть о нем. Что говорит об этом христианство? Христос низошёл с небес, чтобы освободить человека от страха, пронизывающего жизнь его. Это позволяет нам утверждать, что вера по своей сути – торжество над страхом.

Иисус открыл нам Господа, как любовь, избавил нас от смерти через свою смерть, открыл через воскресение путь к жизни вечной и бесконечной радости. Тот, кто верит, любит, а тот, кто любит, не может бояться. Свет любви, надежды и веры уничтожает страх. Именно по этой причине Иоанн Богослов писал о данной эмоции, как об одной из самых греховных, свидетельствующих о том, что человек недостаточно верит в Бога, недостаточно любит Его.

Одновременно в этом кроется и объяснение радости, которую испытывали в древности христиане, ожидавшие возвращения Мессии. И эта радость, о чем сейчас, к сожалению, задумываются единицы, сокрыта в фразе: «Да придет Царствие Твое».

Узнав суть отрицательного значения слова «страх», можно перейти к изучению положительного. Его можно чувствовать только по отношению к противопоставленному. О нем в Писании сказано следующее: «Начало премудрости — страх Господень». Данная эмоция не может быть уничтожена надеждой, любовью и верой, так как она попросту присуща им в глубине.

Рождается она не в незнании, а в знании, которое приносит Бог, в осознании его святости, света, призыва, с которым Он обращается к детям своим. Стоит лишь вспомнить Его слова: «Будьте святы, я – свят», «стремитесь к совершенству, ибо совершен Отец ваш». В этом страхе смешаны такие хорошо знакомые всем чувства, как не достоинство, восхищение, благоговение. Они появляются в душе человека редко, например, во время встречи с чем-то совершенным, прекрасным, чистым, высоким.

Свет, который несет с собой эта встреча, обнажает мелочность жизни человека, его греховность, и то, что он по сути падший. Данный страх можно и нужно называть спасительным, связанным с радостью. И растет он, как писали святые отцы, по мере того, как человек приближается к Господу. Но он незнаком самодовольным людям, самовлюбленным, мелким, погруженным в суету быта. Страх в этом случае подавлен грубостью, цинизмом, гордыней, вульгарностью, которые не позволяют человеку очиститься, стать на путь восхождения, который ведет к совершенству. Лишь через это чувство можно осознать смысл страшного последнего суда.

Речь идет не о суде Хозяина над рабом, а о суде над душой, созданной Богом по его прообразу, а значит, над душой красивой, истинной, добро, наполненной любовью. Подтверждение тому – тот факт, что в притче о суде Иисус не упоминал нарушений закона. Он акцентировал внимание на то, что люди не видели Его в братьях своих, в самой жизни. Но страх в данном случае не связан с возможным наказанием, так как боязнь не может влиять на любовь к Господу, он связан с тоской по истинному бытию и совершенству.

Данный страх связан сознанием того, как мы по воле своей распоряжаемся любовью, дарованной свыше. В древности христиане ожидали пришествия Мессии, понимая, что это откроет им царство Бога, любовь в Нем, вечную жизнь. Это они осознавали всем своим духовным опытом.

Конечно, в ожидании Иисуса они чувствовали трепет и страх, так и сейчас нас учат подходить к таинству причастия. Но в данном контексте эти слова можно толковать, как благоговение, осознание превосходства Его и собственного не достоинства в свету совершенства. Тот, кто это сейчас осознает, знает, что отношение человека ко второму пришествию Мессии является мерилом его любви к Единому Создателю, его веры в Него.

На фото изображена мозаика на стене собора.

Если движет верующим только страх, как страх раба перед хозяином, то веры и нет в души его, нет там места и для любви. Только тот, кто чувствует страх Божий и веру, понимает, что Господь милосерден, всепрощающий, а искренние слезы раскаяния вместе с любовью способны победить все грехи.

«Его же Царствию не будет конца»

Это утверждение в молитве Символ веры, возможно, одно из самых важных для современного христианина, которому важно перебороть усиливающийся страх для ощущения победного и радостного чувства. Строчка «Его же Царствию не будет конца» хорошо знакома всем, кто регулярно ходит в храм, кто хоть раз читал Евангелие. Но не все понимают истинный ее смысл.

Прежде всего, нужно уточнить, что все проповеди Иисуса были проповедями о возвещении Царства Божьего. Стоит лишь вспомнить, с какими словами Христос обратился к людям. Он сказал: «Покайтесь, ибо приблизилось Царствие Божие». Это прямо указывает на то, что Он проповедовал Царство, другими словами, благую весть, вселяющую в душу радость.

Собрав все притчи Иисуса, в которых упоминается Царство, вдумавшись и вслушавшись в них, а также в то, что говорили о Нем ученики, апостолы, что говорила сама Церковь, не сложно понять, что смысл данного слова отличается от смысла «загробный мир», понятия достаточно расплывчатого. Царство Божие предстает перед нами жизненной полнотой, в которой есть и знание, и радость, и торжество Господа. А ведь для этого Единый Творец и создал человека, и даровал ему мир.

Но в этом мире люди отделились от небес, пали в грехе себялюбия. И пришел на землю Иисус, чтобы снова даровать нам истинную цель. Это и выделяет христианское учение о Царстве Божьем на фоне других, в этом и заключается его уникальность. Ни в какой другой религии не принято молиться о Божьем Царстве, ждать и любить его, как главное сокровище, к которому не дано прикоснуться в жизни земной. При этом сам Иисус неустанно напоминал людям, что сказать о данном сокровище «оно тут» или «оно там» нельзя, ведь оно всегда внутри каждого из нас. Это так, ведь Царство Божие сокрыто в Сыне Божьем, его человеческом бытие, соседствующем с красотой, истинной и доброй божественного высокого уровня.

Царство Божие – в глубине Христовой любви, в послушании перед Отцом, в торжество и самоотдаче. Здесь важно вспомнить слова Его: «если любите Меня». Они и указывают на то, что Царство Божие есть любовь к Спасителю, как к смыслу жизни, содержанию мира. Рассуждая на эту тему, Иоанн Богослов, хорошо знакомый православным апостол, говорил: «В нем – жизнь, а жизнь – свет людей».

Эта жизнь дарована нам свыше. Мы живем ею, порой даже не осознавая, что Царство Божье уже сокрыто в нас. Найдите время для того, чтобы изучить лик Серафима Саровского, великого святого русского, преподобного. Неужели он метает о мире загробном? Неужели мысли его заняты бессмертием души? Нет, его жизнь – жизнь во Христе, в радости знания Его, возможности быть близко с Ним. И радость эта настолько сильна, что смерть кажется возможностью стать еще ближе к Господу.

Вот, что такое Царство Божие, которое, как написано в Символе веры, приходит во славе, завершается и исполняется. Здесь также будет уместно вспомнить слова Иоанна Богослова, который писал о Царстве Божьем, как о чем-то, что мы видели и осязали руками. Опыт этот всеобъемлющий, что, осознав, написал апостол Павел, подчеркнув неразделимость верующего от любви Всевышнего. Верно будет сказать, что молятся христиане о Царстве Божьем, так как любят его, а любовь эта родилась в знании, которое было даровано людям Христом. Знание это не открывается «приметно».

В мире все еще существует жадность, страх, страсти, на фоне которых, а порой и внутри их, люди стремятся урвать кусочек своего счастья. Но каждый, кто живет во Христе, знает, что есть и другая жизнь, другой ее образ, позволяющий освободиться от зла в «лице» суеты, поработившей мир. И это – путь к радости, которую ничто не способно даровать на земле, ведь она сокрыта внутри нас.

На фото изображена Богородица и Иисус.

Люди грешат и падают во грехе, но до конца забыть эту радость не могут, поэтому у каждого есть возможность каяться и возвращаться к истине, к всеобъемлющей любви Бога, к Его свету. И строчка в Символе веры «И Царствию Его не будет конца», говорит о том, же, что говорил и Бог, она – призыв знать единого Господа и Спасителя, чья жизнь вечная, как и радость Его вечная.

«И в Духа Святого»

Это утверждение в Символе веры стоит изучать, опираясь именно на русский перевод, а не вариант на церковно-славянском, который для многих является самым непонятным из существующих. Кто есть Дух Святой, названный в молитве «Господь животворящий»? Кто он? Почему нас призывают преклониться перед ним, как перед Отцом и Его Сыном? Объяснить значение веры христианской в Святого Духа сложнее, чем объяснить веру во Всевышнего и Посланца Его.

Ум вмещает такие понятия, как Бог, сотворивший вселенную, Отец наш единственный и всемогущий, Всевышний. Веру в единородного Отпрыска Его объясняется вера в Христа, утверждавшего о себе, как о Посланнице Божьем, любимом Им. Но когда речь заходит о Святом Духе, сложно, а порой и невозможно, прочувствовать и понять, что отличает Его от Господа и Сына Его.

Немного проще осознать, что церковная – это вера во Троичного Всевышнего, который в то же время является Единым Всевышним, открывающимся человеку в трех разных обличиях. Это знание, как важнейший духовный опыт считался Церковью, продолжает считаться и будет считаться в будущем пиком веры, пиком религиозной. Это – истина в полноте своей последняя, на которой Евангелие акцентирует внимание, как на причастной к бессмертию.

Во-первых, обратить стоит внимание на «дух». Слово кажется нам очевидным и привычным, но это лишь на первый взгляд. Попытайте его объяснить и поймете, что на деле заблуждались. Взять хотя бы предложение «Дух творчества Пушкина — светлый». Каково значение данной фразы? Что она передает и выражает?  Возможно, о творчестве Пушкина, как и о всякой реальности, человек может говорить не только, как о чем-то объективном, но и как о чем-то, скрывающим силу, положительную или негативную.

Конечно, проще сказать, что творчество Пушкина – это стихи шуточные и на серьезную тематику, с глубоким смыслом и поверхностным, стихи радостные и трагические. Но используем мы слово «дух» и описываем его мы словом «светлый». И позволяем такое мы себе, зная, что жизнь великого поэта не была по существу своему счастливой, порой она была не просто трудной, а невыносимо тяжелой. Это позволяет предположить, что дух творчества Пушкина – не есть простое отражение его нрава в стихах. Это нечто более глубокое, несравнимое с глубиной его характера, настроения, идей и самого сознания. Этот дух настолько силен, что он может жить не в самом творчестве Пушкина, а как бы над ним, освещая его.

В повседневной жизни о подобном люди задумываются крайне редко, но данный пример – подтверждение того, что власть и глубина на духовном уровне, духовное мерило жизни существуют. Отожествлять дух с конкретным чем-то невозможно, но он есть во всем, он есть – смысл бытия. Это объясняется строчку «Дух дышит, где хочет, и не знаем, откуда приходит и куда уходит», встречающуюся в Евангелие. Для лучшего понимания данного слова можно обратиться и к древнееврейскому, на нем оно звучит, как «руах» и значит «сила», «ветер». Но эти сила и ветер не являются видимыми для человека, они, например, не передвигают вещи, но являются очевидными в жизни людей.

Говоря о Божественном духе, мы говорим о Боге невидимом, но присутствующем в мире, свершающим волю свою через животворную силу. Святой Дух — действующий Господь, его «животворное» начало в людях, в природе, в мире. Сказать: «Святой Дух» — все равно, что сказать: «Господь присутствует всегда и везде».

На фото изображена икона Иисуса Христа.

Теперь становится понятным, почему христиане называют Отца своего Богом, Господом, животворящим Духом. Если бы не существовало никакого невидимого присутствия, то Всевышний был бы не более, чем идеей, не самой сильной, но наиболее недоказуемой, не связанной с любой другой идеей.

Указать на Господа никто не может, поэтому и доказать его сложно, так же сложно, как доказать красоту и радость сияния солнечных лучей слепому, как убедить незнающего русского языка красоту произведений Пушкина. О Господе, как об идее, можно вести споры бесконечно и в итоге ни к чему не прийти. Но Его духовный опыт не нуждается в доказательствах. Хорошо удалось выразить его Павлу, апостолу, написавшему следующее: «радость и мир в Святом Духе».

Дальше в Символе веры идет: «от Отца исходит». Снова для простоты понимания значения данной фразы вернемся к простому примеру. Дух творчества Александра Сергеевича Пушкина исходит от него, но не является им. И все же через него мы может познать писателя, даже не зная, каковым был его жизненный путь. В то же время без «встречи» с духом его произведений, для нас будет бесполезной биография поэта. Святой Дух — Отец наш в действии и присутствии в мире, в мудрости, внутри своего творения, но он не есть Отцом сам по себе. Он исходит от Господа, поэтому им не может являться, по сути.

Исходя из Бога, Он свидетельствует о Нем и Сыне Его. Это приводит нас к важному выводу – Бог Любящий, Сын Любим, Дух Святой – Любовь, та цепочка истины, силы и света, соединяющая их. Его можно сравнить с дыханием Единого Творца в мире. Также можно использовать цитату Достоевского, сказавшего: «касаемся мирам иным». Дух Святой – блик красоты Всевышнего, отсвет добра Его. Он прокладывает нам путь к Господу, раскрывает эту дорогу, как дорогу радости его присутствия, дорогу в стремлении к Богу. Тот, кто любит, Тот, кто любим и сама Любовь – Троица, важное христианское откровение, которое одновременно является последней тайной его бытия.

Христиане верят в Единого Господа, но не одинокого Господа, в себе и собой существующего и преисполненного себялюбия. Бог – Любовь, говорит наша вера. А это чувство в ней обращено не на себя, а на другого, на отдачу себя Всевышнему, как отдал, о чем пишут в Евангелие, Отец себя Сыну своему, как Сын отдал себя Ему. Что касается самой любви, как Духа Святого, то ее стоит воспринимать в полноте своей, как радостный дар, как самое бытие.

Через эту любовь Господь сотворил мир и призвал людей к жизни, сделав их любимыми Им, наполненными любовью Его, что позволило человеку устремиться к жизни Божественной. И по этой причине мы обращаемся к духу, просим его прийти и вселиться в нас, поэтому мы зовем его «податель жизни», «утешитель», «благое сокровище». Вселяясь в людей, Святой Дух наставляет их, следуя Христову слову, дарует им истину и жизнь вечную. Троица – светозарная христианская тайна.

«Глаголавшего пророки»

Вслед за словами о Святом духе в Символе веры идет строка (переведено со старославянского) «говоривший через пророков». В христианстве пророкам, как и их пророчествам, выделяют значительное место. Здесь нужно уточнить, что, употребляя слово «пророчество», многие подразумевают «предсказание». Пророком является соответственно тот, кто способен предсказывать будущее. Другими словами, его можно заменить синонимом «ясновидящий».

На фото изображен витраж иконы "Тайная вечеря".

Необходимо подчеркнуть, что представить христианскую веру без предсказаний будущего действительно сложно, но это понятие не ограничивается одним упомянутым выше смыслом. Кроме того, оно не есть центральным в религии. Большая часть Ветхого Завета – писания пророков, но их труды не обязательно представляют собой сплошные предсказания. А значит, есть и другое глубинное понимание пророчества и именно по отношению к нему можно их понять, осознать, что хотел сказать тот или иной пророк.

«Функция» предсказания будущего в христианстве – возвещение людям воли Господней, воли, что скрыта от людских глаз, но открыта духовному оку того, кто порочит. Эта истина открылась Пушкину, который ей посвятил гениальный в религиозном смысле этого слова, стих «Пророк».

Эти бессмертные прекрасные строчки поражают не только своей силой и полнотой, но и тем, как точно они отражают суть предсказания будущего пороками. В данном контексте пророком выступает человек, услышавший голос Всевышнего, а не призыв таинственный. Голос велит восстать, то есть отказаться от пустой жизни, ее суеты, привычной для большинства в наши дни. Он велит покончить с обыденщиной, за которой скрывается глубочайшая Истина Совершающегося. Потом голос приказывает видеть и внимать. Взор должен быть обращён не к земле, а к тому, что обычно глазам не открывается.

Услышать нужно то, что приглушает шум суеты бытия. Другими словами, увидеть и внимать нужно другое, и это «другое» – самое главное. Далее говорится: «исполнись волею моей». Значение этих слов такое: стань служителем замысла Всевышнего, а не своих соображений земных низших. Отказавшись от своих желаний и планов, человек должен подчиниться воли Божьей. И наконец-то голос твердит: «и обходя моря и земли, глаголом жги сердца людей», то есть – обходи мир, созданный Господом, прославляя имя Его.

Конечно, пророк – простой человек, то есть его ограничивает пространство и время, его сковывают определенные обстоятельства. Но в то же время ограничения эти снимаются одной миссией Божественной, ведь она обращена ко всей Вселенной. Допустимо сказать и иначе: пророку удается увидеть и услышать в малом волю Всевышнего, раскрывающую ему смысл мира, бесценный не только для людей, но и для истории человечества в целом.

Но тот, кто знаком с работой ветхозаветных пророков, знает, что писали они в основном об убийствах, сражениях, завоевании государств, о событиях и фигурах, которые стали давно историей. И в свете современных актуальных проблем и мировоззрения эти знания нам кажутся ничтожными. И все же, им посвящена большая часть Священного Писания.

Есть ли смысл знакомиться с историей царств, войн, когда места, описанные в Библии, можно в наши дни облететь за считанные часы на самолете. Почему Церковь настаивает на изучении Боговдохновенного Писания, на признании его Божьим Словом, то есть, священным? Все просто – события в важнейшей для человека книге описаны малые, но в них пророкам удалось увидеть волю Всевышнего. А значит, речь идет уже не столько о незначительных (для современного мира) событиях, людях, народах, сколько о воле Божественной, то есть о мире и жизни.

Малое открывает нам нечто необъятное, неизреченное величия Господнего замысла о творении Его. Этот замысел связан как с тем, что творилось и творится на земле сегодня, так и с тем, что является конечной целью мироздания. Другими словами, эти истории касаются прошлого, настоящего и будущего.

Порок открывает людям высокое «видение», волю Единого Творца, Его замысел, и им он, как писал поэт, «жжет сердца людей». Ведь речь идет не просто о предсказаниях, как у ясновидящего, гадалки, не просто об «объяснениях».Речь идет о призыве, суде. Раскрывая волю Господа, пророк призывает людей принимать ее. Он обличает зло, и подчеркивает необходимость давать ему отпор. Он указывает нам на Божью любовь и настаивает на том, что Его нужно любить.

На фото изображена икона Иисуса.

Церковь негативно относится к посещению людьми гадалок и ясновидящих, всех, кто обещает предсказывать будущее. По какой причине? По той причине, что тем самым человек утверждается в вере в фатализм, исключающий свободу. Что касается ветхозаветных пророчеств, то они сами по себе есть призыв к свободе, призыв отказа от пассивности жизни, принятия фатализма. Суть их можно выразить такой строчкой: «Не покаявшись, погибнете!» Пророки указывали на два пути, между которыми человеку приходится выбирать. Один путь – Господний, второй – противопоставленный Богу.

«Не покаявшись…». Здесь предполагается, что у людей есть возможность все таким покаяться, чтобы тем самым отречься от фатализма греховного, преобразиться, приняв Господню волю. Этот призыв – миссия пророка, им он обжигает сердца людей, акцентирует внимание на необходимости сделать выбор. Все пророчества идут от Святого Духа, от Всевышнего.

От человека оно идти не может, ведь человеку дано только земное знание, отделенное от таинственного божественного, от самого замысла мира и жизни, всего, что в ней вершится. Верно будет сказать, что, расширяя свои познания о мире (сегодня они невероятно широки), мы ограничиваем их глубину. Глубокое знание послано человеку Святым Духом, чей голос был услышан пороками.

Следует уточнить, что в христианстве утверждается, что пророчить может любой христианин, ведь у любого есть дар свыше. Другими словами, у каждого есть возможность открыть для себя глубокое знание, глубинный смысл жизни. К сожалению, не каждый пользуется этим даром, предпочитая подавлять в себе его, изменять себе. Тот, кто это осознал, уже начал молиться о восстановлении, обращаться к Духу Святому со словами: «Приди, вселись в нас». Об этом апостол Павел писал так: «Пророчества не угасайте».

«Во единую, святую, соборную и апостольскую Церковь»

Обратите внимание на слово «Церковь». На греческом в молитве оно звучит, как «экклесиа». И если переводить его на русский дословно, то получится «собрание позванных». Речь идет о людях, услышавших призыв и последовавших ему. Это не случайное собрание, лишенного определенного значения, смысла. У него есть, в первую очередь, конкретная цель, и ее все призванные стремятся не только постичь, но и осуществить.

Для лучшего понимания места Церкви в христианстве (важно уточнить, что оно центральное), нужно задаться вопросом: «Кто присутствует на этом собрании и зачем?». На первую часть вопроса ответ дал сам Иисус, о чем говорится в тексте Евангелии. Спаситель заявил, что Церковь создана Им, а значит, на собрание идут те, кого он призвал и кто призыву этому подчинился. Важно уточнить, что Церковь Спаситель создал до того, как начать проповедовать. Подтверждает это Его обращение к 12 ученикам, которых, по словам Иисуса, избрал Он сам, но не наоборот. Эти 12 учеников и есть Церковь, и они в последствие и зовут людей прийти к ним.

Это позволяет нам узреть основу Церкви, она – сам Христос. Люди идут в Его Церковь, следуют Его призывам, повинуются Его воле. Твердить об этом как можно чаще важно, так как верующие порой забывают это, относятся к Церкви, как к чему-то своему, организации, созданной ими для удовлетворения их духовных и прочих потребностей. Но слово это значит «Единение служащих Богу, стремящихся продолжить дело Его».

Речь здесь не о служении, направленном на себя, а о служении Всевышнему. Но что есть служение? Какова цель дела, ради которого Он создал свою Церковь? Ответить на этот вопрос смог сам Символ Веры. Достаточно взглянуть на то, какие слова стоят перед словом «церковь». Это: «верую во единую, святую, соборную и апостольскую». Важно уделить внимание всем определениям по отдельности.

«Единую». Речь идет о единении не внешнем, а изнутри, исключительно на духовном уровне. Почему так, понять не сложно. Внешне Церковь – это множество храмов, то есть памятников Христа древних, «рассыпанных» по земле. Но где бы они не находились, Церковь везде призывает людей к единству, явившему собой на земле Христом. Мир живет по ряду законов, в числе которых и закон разделения. Бесконечное количество вещей разделяет нас, даже то, что, казалось бы, должно их объединять (раса, вкусы, идеи, убеждения и прочее).

Мир трагичен прежде всего потому, что в глубине его мы ведем войну против окружающих во имя свое. Это – большой грех, с которым бороться под силу только единству. Речь здесь идет и о единстве со Всевышним. Каждый, кто становится ближе к Нему, становится ближе к другим людям. Стремиться Церковь призывает и к единению с собственным «я». Иисус спустился на землю для всех любого, в житие и учении Его человек находит единение любви, надежды, веры, что ничто в мире предложить не способно.

Говоря о единстве, важно также понимать, что оно предполагает конечную цель мира и жизни – сплочение всех, единение во Христе. Оно же – Царство Божие, которое Церковь призывает принимать, служить ему и осуществлять его повсеместно.

«Верую». Не стоит думать, что данным словом утверждается, что каждый призванный – совершенный, святой. Оно указывает на то, что Церковь стремится освятить жизнь людей, то есть, очистить ее божественными силами, освободив тем самым христиан от греха, поработившего мир. Это – инструмент вознесения человека к Господу, путь к преображению через Святой Дух.

На фото изображены купола церкви.

«Соборную». Важное слово, указывающее на то, что еще исповедуется в христианстве. На греческом оно звучит, как «кафолики», дословно переводится на русский, как полнота, универсальность. Что делает Церковь универсальной? Почему она вселенская? То, что житие и учение Христа были не для одного конкретного народа, культуры, времени, а для человечества независимо от реалий. Христиане это порой забывают, считая, что их служение должно сводиться к чему-то узкому, локальному, частичному. Но Иисус твердил, что, ступая по миру, они должны проповедовать Евангелие всем тварям. В ответ на этот призыв Церковь дает такой ответ: «Вся земля поклонится Тебе».

Христово учение цельное, всеобъемлющее, занимающее не какую-то часть жизни людей, а всю ее, предоставляющее ответы на важные вопросы о Вселенной и жизни.

«Апостольскую». В христианстве центральное место отведено апостольской Церкви. Апостолами называли Христовых учеников, которых он выбрал для создания первого собрания единства. С греческого это слово переводится, как «посланец». Почему так важно называть Церковь апостольской? Это указывает на то, что она вечная и освидетельствованная избранными и обученными Иисусом людьми.

Кроме того, данное слово указывает на то, что Церковь призывает к апостольству, то есть, обращается к миру, ко всем людям, всему живому, что и делал Мессия. Другими словами, так в христианстве подчеркивается миссия Христа, которая теперь лежит на плечах верующих. Все это полностью раскрывает смысл Церкви, что упоминается в Символе веры. И смысл этот для современного человека бесконечно важный.

«Во едино крещение»

Чтобы разобраться со значением этой части молитвы, нужно вспомнит, чем заканчивается Евангелие от Матфея. В этой части писания Иисус обращается к апостолам, подчеркивая свое всевластие, и необходимость учить людей слову Божьему, принимать крещение во имя Отца, Сына и Духа Святого, следовать заповедям всегда и повсюду, как говорил Христос, «до скончания века».

Это важно помнить, пытаясь разобраться с толкованием слова «крещение», со смыслом, с которым его употребили евангелисты, святые отцы в молитве Символ веры.

Обратимся к Евангелие, завершающейся призывом Спасителя крестить людей. С чего оно начиналось? С истории об Иоанне Предтече, от которого крещение принял Отпрыск Божий, войдя в воды речки Иордан. Современники Евангелия на греческом называли крещение баптизмом.

Речь идет об обряде, подразумевающем погружение в воду. Это символическое действие, которое означает, что человек, осознавший свою греховность, кается и желает очиститься, чтобы получить прощение и возродиться. Самый очевидный символ – вода, позволяющая очиститься, позволяющая возродиться, ибо она – источник жизни. Неудивительно, что погружение в нее — обряд, встречающийся в разных религиях, то есть, обряд распространенный.

Но сейчас важнее остановиться на смысле крещения, который в него вложил Христос, участвующий в таинстве, проводимом Иоанном. Он сделал чем-то таким, что неразрывно связано с Ним. Сам Иоанн, наблюдая за тем, как приближается к нему Христос, говорил, что принятием крещения Агнец Божий, взял на себя грех людской.

А теперь вернемся к моменту, когда Иисус возносится на небо. Обращаясь к апостолам, он приказывает им крестить народы. Тем самым он дарит каждому, кто за ним решит следовать, кто решит принять Его, великий дар, возможность обновиться, получить прощение, для чего и был послан на землю Спаситель. Житие и учение Иисуса о любви к Всевышнему и ближним, о правде и чистоте не сложно вместить в уме.

Но каждый, кто тщательно изучает Евангелие, понимает, что, принимая учение Христа, описанного в этой книге, он принимает и веру в Него. Отдельно рассматривать учение Спасителя нельзя, ведь речь идет не о морали, философских идеях, навязанных человеку кем-то. Учение Христово — это весть радостная и благая, указывающая на то, что на землю спустился Господь с целью спасти павших в грехе людей, избавить их от смерти, подарить им новый мир, новую жизнь, чистую и святую.

Учитывая это, верно будет сказать, что любой, кто верует в Бога, стремится соединиться с Ним, спастись, обрести новую жизнь. Крещение в этом смысле рассматривает, как символ дара. Церковь называет его таинство, предполагающим погружение в воду во имя Святой Троицы, ради соединения со Всевышним.

На фото изображена Богородица с Иисусом.

О данном обряде писал апостол Павел, который сравнивал крещение с Христовой смертью и восстанием из мертвых. Погружаясь в воду, человек гибнет в своих страстях, эгоцентризме, грехах, земной материи. Выходя из воды, он оживает, начинает новую жизнь во Христе. И после этого, как писал евангелист, смерть уже не может овладеть крещенным, так как в нем Он даровал своему рабу силу, любовь, свет, бессмертие. Учитывая это, неудивительно, что раньше в Церкви данный обряд окружала великая радость. Как не радоваться духовному, а значит, реальному соединению с Богом.

Неспроста крещение считают одним из важнейших составляющих «фундамента» Церкви. Церковь – не организация. Созданная для прославления имени Его, поиска помощи и поддержки со стороны «единомышленников», а общество тех, кто уверовал во Христа. В этом обществе главное – единение тех, кто возжелал дар обновления, получения прощения.

В нем скрыта единая вера, единое приятие Спасителя, как Единого Бога, Творца. В нем – единая любовь, направленная на ближнего и на Него самого. Невзирая на то, что Церковь внешне разбросана по миру, она – единый народ Господний, связанный не нацией, вкусами, языками, плотью и кровью, историей, схожей судьбой, а верой во Бога, любовью к Нему и Святому Духу, то есть, к присутствию Его.

Человек приходит в мир, как член нации, представитель того или иного народа. Но, как христианин, он получает возможность родиться в новом народе, принадлежащем Богу. Один из святых говорил, что вода есть для людей гроб и мать. Почему гроб? Потому что в своей ограниченности физической, материальной, земной, в ней человек гибнет. Почему мать? В воде можно родиться заново, очистившись, положив начало новой жизни, светлой, радостной и вечной.

Крещение – возможность пойти на встречу Спасителю, услышать Его голос, пожертвовать своей жизнью, любовью и сердцем. Это – акт самоотдачи по доброй воле. В ответ на него человек получает Его самоотдачу, Его житие.

«Чаю воскресения мертвых»

Молитва «Верую во Единого Бога» акцентирует внимание на слове «верую», как на краеугольном своем элементе. Он встречается во всех утверждениях. Тем самым Символ подчеркивает важность веры в одного Отца, Сына Его, в Духа Святого, в Церковь.

Для многих становится большой неожиданностью то, что в конце текста, где мы должны видеть итог всего открывшегося нам, употребляется иное слово. Именно им «объято» все, что сказано было выше. И слово это «чаю», которое можно со старославянского на русский перевести, как «жду». Почему Символ веры утверждает ожидание восстания из мертвых и грядущей жизни? Для начала следует понять значение самого слова, ибо оно способно духовно удивить каждого. Его, как и «веру» можно понимать, а значит, и ощущать по-разному.

Кто-то, например, скажет: «Я верю в законы земные, так как они незыблемы». Но разве это что-то говорит о внутреннем, об отношении к самой незыблемости, а не к непосредственно законам? Нет, мы не видим ни грусти, ни радости, никакого другого выражения эмоции. Но после бесконечного перечисления того, во что верит человек, добавляя «жду», он подчеркивает, что вера его более не является пассивной. Она претворилась в нечто активное, что его пронизывает и определяет, что затрагивает его житие. Сначала вера, потом ожидание. Но ожидание это связано напрямую с верой. Ожидание – это направленность, акт веры, являющейся источником ожидания.

На фото изображено крещение Иисуса Христа.

При этом звучит старославянское «чаю» сильнее, чем привычное «жду». В нем отражено желание ожидаемого, радость, направленная на него, счастье от его приближения. Но чаять можно только то, что уже открылось хотя бы частично. Через понимание этой глубинной особенности можно лучше понять и саму христианскую веру.

Данная религия не строится на отвлеченных утверждениях, истин, вмещающихся в уме. Сама по себе она представляет собой истину, встречу с Тем, о ком все в ней утверждается. И здесь знание равно видению души, сердца. Чает воскресение мертвых человек, ведь вера его, пускай и не постоянно, а лишь в высочайшие мгновения жизненные, полна света пасхального, радости от того, что Иисус воскрес ради нашего воскресения.

Христос, поднявшись из гроба, подарил нам бессмертие, возможность стать свободными от гибели. И смерть в привычном понимании стала не концом, а началом, началом триумфа. И ждет человек воскресения мертвых, так как его даровал ему Спаситель, что в христианской вере не может быть доказано внешне, но что есть очевидным внутри. Чая, верующий отвечает на призыв к вечности.

Это объясняет, почему молитва «Верую во единого Бога» завершается именно словом «чаю».  Жизнь проходит, а с ней проходят и радость, печаль. Люди падают, встают, снова падают. Но для любого, кто открыл свою душу для веры, кто встретился с Христом, а в нем и с Отцом милосердным нашим, с дыханием Его, то есть, с действием Духа Святого, открыл истинную Церковь, увидел ее не снаружи, а изнутри. А это знаменует начало восхождения к Небесам, соединения с Царством, что внутри нас.

И это указывает на то, что нам открылась ласка улыбки преподобного Серафима, нас коснулся свет образа пречистой Марии, Богоматери, мы услышали голос Господа, зовущего свое творение за собой, призывающего ждать, то есть чаять. И все обретает смысл, хотя внешне, кажется все осталось прежним в жизни. Но изнутри она наполняется светлым ожиданием, заглушающим суету будней, все земное житейское. И до конца своих дней не удастся верующему забыть радость, свет, теплившийся в нем однажды, напоминающий о жизни новой.

И отчасти этой жизни душе удалось частично познать, почувствовать ее присутствие, ее начало, доступность. И от того говорят, что истинно верующие не столько ждут помощи Всевышнего, сколько ждут Его самого, взывая к Небесам: «Ей, гряди, Господи Иисусе!». Завершается Символ веры символом жизни, победы, знания, ожидания.

Молитва «Символ Веры»

Как известно, молитве в христианском мире отведена, как методу обращения человека к Господу, важная роль. Наряду с псалмами, молитвы, установленные Церковью, обладают большой силой, когда читают их миряне с чистой верой, идущей от сердца.

Если Вы плохо знакомы со староцерковным языком, без дополнительной литературы, в которой объясняется значение того или иного слова, строчки, не обойтись. Тем не менее, выучить молитву «Символ Веры» способен каждый даже на церковно-славянском языке.
Если по какой-то причине сделать это Вы не можете, постарайтесь разобрать оригинальную молитву, научиться ее правильно читать. Ведь молитва «Символ Веры» для крещения ребенка имеет очень большое значение.

Слушать красивое пение молитвы крестных

Молитва «Символ Веры»: текст на церковно-славянском языке

Символ веры – важнейшая молитва христианской традиции. Ее текст был переведен на разные языки мира. В православных храмах на литургиях этот молитвослов читают преимущественно на церковно-славянском. Такой вариант включают в свое духовное чтение и многие простые верующие.

Церковнослужители советуют использовать «Символ веры» на этом языке во время утреннего обращения к божественным силам, его рекомендуют применять всем участвующим в таинстве крещения.

Регулярное чтение «Символа веры» развивает личный внутренний духовный опыт человека, а также открывает для него всю суть основных религиозных истин, что способствует укреплению веры.

На фото текст молитвы "Символ Веры" на церковнославянском языке. Часть 1.

На фото текст молитвы "Символ веры" на церковнославянском языке. Часть 2.

Молитва «Символ Веры»: текст на русском языке

Каждая молитва, так или иначе, пропитана верой, но самая сильная та, которая идет от чистого сердца. При этом крайне важно, чтобы христианин очистил свой рассудок от лишних отвлекающих его мыслей, сосредоточившись на тексте обращения к Всевышнему.

Молитва – это не заклинание, которое нужно бездумно повторять определенное количество раз. Чем лучше Вы понимаете смысл произносимого, тем больше шансов, что «Символ веры» подействует, Ваши слова будут донесены до ушей Господа нашего.

Учитывая это, неудивительно, что традиционный текст, написанный на старославянском, был адаптирован к современному русскому. Перевод молитвы запомнить проще, произносить его Вы можете во время молитвы перед домашними образами, а также в храме Божьем, не опасаясь того, что какая-то из строчек будет Вам непонятна.

На фото текст молитвы "Символ веры" на русском языке. Часть 1.

На фото текст молитвы "Символ веры" на русском языке. Часть 2.

Текст молитвы «Символ Веры» с ударениями

В час уныния, когда человека оставляет надежда и вера в лучшее, у него опускаются руки, единственным спасением становится молитва. Одной из самых важных для христианина является «Символ Веры». Произнесите текст данного молитвослова, чтобы вернуть себе жизненные силы, напомнить себе о том, что Бог всесилен, и тех, кто в нем нуждается, без помощи он никогда не оставляет.

«Символ Веры» – одновременное обращение к Всевышнему (хотя прямого обращения ни в одной из двенадцати частей нет) и обращение к внутреннему «я» с целью напомнить себе суть христианского учения, с целью укрепить свою любовь к Господу. Для персональной молитвы Вы можете использовать русский вариант «Символа Веры», однако оригинал нужно знать или хотя бы уметь читать, в чем очень помогает текст с ударениями.

На фото текст молитвы "Символ веры" с ударениями. Часть 1.

На фото текст молитвы "Символ веры" с ударениями. Часть 2.

Слушать молитву «Символ Веры»

Значение «Символа Веры» недооценивать нельзя. Эта молитва способна укрепить силу человека, преобразить его духовно. Именно по этой причине читать данный догмат священнослужители рекомендуют чаще.

Если в течение дня времени, чтобы произнести строки этого молитвослова не находится, Вы можете прибегнуть к альтернативе – прослушиванию «Символа Веры». В сети Вы без особого труда сможете найти аудиозаписи начитанной молитвы или даже вариант в формате песни с идеально подобранной завораживающей песней.

Услышав песню «Символ Веры» или тихие спокойные слова молитвы, Вы обязательно испытаете радостное волнение, почувствуете, как эти строки касаются глубины души. Это воспаряет саму молитву, которая свидетельствует об истинной вере христианина.

Ссылка на основную публикацию
Частые вопросы к священнику
Как подготовиться к крещению ребенка?Есть ответ от священника Николая

Хорошо, что вы задумываетесь серьезно о будущем крещении ребенка. Надо готовиться к этому событию и подходить к нему правильно. Вы не можете сама быть крестной матерью. Вам нужен другой человек, который будет воспитывать духовно ребенка и будет давать ответ за него на Страшном Суде.

Если у вас нету подруг, которые подходят на эту роль, вам, наверное, надо уже сегодня начать ходить в храм. Каждое воскресенье ходите в церковь, молитесь, просите Господа о помощи и ищите по возможности крестного и крестную для своего ребенка среди верующих людей. Потому что именно верующий (воцерквленный) человек будет осознавать то, насколько это важно и ответственно быть крестным родителем. Он будет стараться исполнять обязанности крестного родителя по-настоящему так, как это должно, и так, как это нужно. Не просто формально относиться к этому или пожинать почет от этого звания, и ничего не давать ребенку. Потому что крестный родитель должен молиться за ребенка, стараться воцерковить, привести в храм, всячески сделать его православным христианином. Ведь на Страшном Суде крестные родители дают ответ за то, как они воспитывали своего крестного ребенка.

Если же у вас не получится найти верующих людей, на эту роль может подойти кто-то из ваших близких или родных (например, брат или сестра, племянники, родственники). Главное, во всех своих поисках при этом просить помощи Господа.

В какой день крестить ребенка и будет ли от этого сильнее помощь?Есть ответ от священника Николая

Нет. Помощь или защита ребенка не зависит от того, в какой день его крестили. И вообще, человек с крещением становится православным христианином, который молится и молитвенно трудится, чтобы ходатайствовать Богу за весь мир. Он становится духовным воином, человеком, который противостоит искушениям, злу.

Поэтому, чтобы у ребенка действительно была настоящая защита, и он стал настоящим христианином, помимо хороших крестных родителей необходимо ходатайство его родителей земных. Другими словами, мать и отец ребенка должны становиться настоящими христианами, выполняя свои обязанности христиан: каждое воскресенье быть на божественной литургии, молиться за весь мир, читать каждый день молитвенное правило, участвовать в церковных таинствах (исповедь и причастие — в первую очередь). Именно по молитвах родителей устраивается жизнь ребенка, его возрастание, образование, будущая семья. Именно поэтому каждый раз, когда мы приходим на вечернюю службу, мы подаем записки за своих близких в алтарь.

И помните о том, что нет ничего в мире сильнее, чем молитва матери! И этой своей молитвой мать делает жизнь ребенка лучше. Поэтому, если вы не будете молиться, ходить регулярно в храм, слушать Господа и исполнять его Святые Заповеди, то абсолютно не будет иметь значение то, в какой день вы ребенка крестили.

Не нашли свой вопрос? Задайте его и получите персональный ответ.
Adblock
detector